yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share

Этика

. Впрочем, нужно не только указать, что добродетель – это [нравственные] устои, но и [указать], каковы они. Надо сказать между тем, что всякая добродетель и доводит до совершенства то, добродетелью чего она является, и придаёт совершенство выполняемому им делу. Скажем, добродетель глаза делает доброкачественным (σπουδαιος) и глаз, и его дело, ибо благодаря добродетели глаза мы хорошо видим. Точно так и добродетель коня делает доброго (σπουδαιος) коня, хорошего (αγατηος) для бега, для верховой езды и для противостояния врагам на войне.

Если так обстоит дело во всех случаях, то добродетель человека – это, пожалуй, такой склад [души], при котором происходит становление добродетельного человека и при котором он хорошо выполняет своё дело. Каково это дело, мы, во – первых, уже сказали, а во – вторых, это станет ясным, когда мы рассмотрим, какова природа добродетели.

Итак, во всём непрерывном и делимом можно взять части большие, меньшие и равные, причём либо по отношению друг к другу, либо по отношению к нам, а равенство (το ισον) – это некая середина (μεσον τι) между избытком и недостатком.

Я называю серединой вещи то, что равно удалено от обоих краёв, причём эта [середина] одна и для всех одинаковая. Серединою же по отношению к нам я называю то, что не избыточно и не недостаточно, и такая середина не одна и не одинакова для всех. Так, например, если десять много, а два мало, то шесть принимают за середину, потому что, насколько шесть больше двух, настолько же меньше десяти, а это и есть середина по арифметической пропорции.

Но не следует понимать так середину по отношению к нам. Ведь если пищи на десять мин много, а на две – мало, то наставник в гимнастических упражнениях не станет предписывать питание на шесть мин, потому что и это для данного человека может быть [слишком] много или [слишком] мало. Для Милона этого мало, а для начинающего занятия – много. Так и с бегом и борьбой. Поэтому избытка и недостатка всякий знаток избегает, ища середины и избирая для себя [именно] её, причём середину [не самой вещи], а [середину] для нас. Если же всякая наука успешно совершает своё дело (το εργον) таким вот образом, то есть стремясь к середине и к ней ведя свои результаты (τα εργα) (откуда обычай говорить о делах, выполненных в совершенстве, «ни убавить, ни прибавить», имея в виду, что избыток и недостаток гибельны для совершенства, а обладание серединой благотворно, причём искусные (αγατηοι) мастера, как мы утверждаем, работают с оглядкой на это [правило]), то и добродетель, которая, так же как природа, и точнее и лучше искусства любого [мастера], будет, пожалуй, попадать в середину.

Я имею в виду нравственную добродетель, ибо именно она сказывается в страстях и поступках, а тут и возникает избыток, недостаток и середина. Так, например, в страхе и отваге, во влечении, гневе и сожалении и вообще в удовольствии и в страдании возможно и «больше», и «меньше», а и то и другое не хорошо. Но всё это, когда следует, в должных обстоятельствах, относительно должного предмета, ради должной цели и должным способом, есть середина и самое лучшее, что как раз и свойственно добродетели. Точно так же и в поступках бывает избыток, недостаток и середина. Добродетель сказывается в страстях и в поступках, а в этих последних избыток – это проступок, и недостаток [тоже] не похвалят, в то время как середина похвальна и успешна; и то и другое между тем относят к добродетели. Добродетель, следовательно, есть некое обладание серединой, во всяком случае, она существует постольку, поскольку её достигает.

Добавим к этому, что совершать проступок можно по – разному (ибо зло, как образно выражались пифагорейцы, принадлежит беспредельному, а благо – определённому), между тем поступать правильно можно только одним – единственным способом (недаром первое легко, а второе трудно, ведь легко промахнуться, трудно попасть в цель). В этом, стало быть, причина тому, что избыток и недостаток присущи порочности (κακια), а обладание серединой – добродетели. Лучшие люди просты, но многосложен порок.

 

8