ГоловнаЗворотній зв'язок
Главная->Філософія->Содержание->ЗАВЕРШАЮЩИЙ ПЕРИОД СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ (период средневековой критики XIV в.)

История философии (античная и средневековая)

ЗАВЕРШАЮЩИЙ ПЕРИОД СРЕДНЕВЕКОВОЙ ФИЛОСОФИИ (период средневековой критики XIV в.)

1. Причины становления нового периода. В XIV в. условия философской деятельности остались теми же, что и в XIII в., и становилось общепризнанным то, что было в XIII в. новинкой. Новых источников уже не искали, так как наука продолжала концентрироваться в университетах и развиваться в орденах. Париж и Оксфорд, доминиканцы и францисканцы возглавляли философские направления, регулярность обучения и формы изложения материала не подвергались изменению. «Суммы» и комментарии к «Сентенциям» Ломбарда были в этот период основным видом научной работы.

Однако в начале XIV в. произошло изменение в характере философствования. Оно не было вызвано внешними условиями, а явилось результатом внутреннего развития философии. Возможности философского синтеза исчерпали себя после столь впечатляющих усилий XIII в. Потребность приведения философского знания в систему была реализована, принципиальные типы христианской философии были уже сформированы. Эти типы были достаточно разнообразными. Они существовали на более реалистическом, эмпирическом и интеллектуальном основании, чем в XII в., и, в свою очередь, на более идеалистической, априорной и чувственной основе. Новых философских систем схоластика уже не требовала и не дала, поскольку внимание исследователей привлекли другие проблемы, и философское развитие пошло другим путем.

2. Античный путь. Часть философских усилий и в XIV в. уходила на сохранение и частичное развитие старых систем. Это был античный путь, или «старая философия», которая развивалась в нескольких школах старой формации, прежде всего в двух наиболее крупных: в школах томистов и скотистов, которые непомерно разрослись и насчитывали огромное количество сторонников. Философские доктрины этих школ, которые были оставлены их создателями ученикам в достаточно совершенной форме, отводили ученикам пассивную роль. Ученикам ставилась задача в большей степени защиты этих доктрин, чем их развития, поскольку содержание доктрин было уже установлено. Ученики и сторонники этих школ занимались главным образом формой философских доктрин, уточняли и совершенствовали их логический инструментарий. Появилась логическая формалистика, которая основывалась на тончайших различениях. В последующие века эту формалистику принимали за сущность схоластики, в то время как она была ее побочным проявлением.

3.Модернистский путь. Другим путем — путем критики — пошли самостоятельные умы эпохи. Критическое движение долго не признавалось, ибо было чуждо конструктивным устремлениям схоластики, тем сильнее оно проявилось со временем. Главным намерением философов было теперь не построение теорий, а подтверждение их оснований. Это движение отчетливо проявилось в самом начале XIV в. в деятельности следующего поколения философов после Скота, причем одновременно в различных орденах, среди доминиканцев и францисканцев, в Париже и Оксфорде. В критике обнаружились те тенденции, которые отрицали развитие схоластики: по сути дела, схоластика функционировала на основании догматизма, рационализма и понятийного реализма, с критикой же связывались скептические, антирационалистические и антиреалистические тенденции. Это движение создало новое направление: «новую школу». или «модернистский путь». Это было третье крупное направление на закате схоластики, с которым только томизм и скотизм могли равняться по значению и распространенности. Философская доктрина этого направления была названа «номинализмом», что исходило из одной из явных претензий этой теории, или «оккамизмом», производным от имени ее наиболее влиятельного представителя. Возможно, что наиболее адекватным будет назвать ее «средневековым критицизмом».

4. Негативные и позитивные результаты новой философии. Новая философия поставила под сомнение те основания, на которых строилась схоластика. Утонченная конструкция схоластики была развита силами, которые она сама вызвала к жизни. Ее упадок наступил — еще в среднем средневековье — в результате ее собственного развития, после него чуждые силы в период Возрождения обратились против схоластики. Новая философия средневековья сохранила внешние формы старой схоластики, но изменила ее намерения и характер, — она лишь наполовину была схоластикой. Схоластическим методом она критиковала схоластические доктрины. Эта школа вызвала закат схоластики, в любом случае, однако, закат схоластики не был закатом средневековой философии, которая дала еще множество прекрасных идей и мыслей нового, несхоластического типа.

Движение, которое привело к постепенному разложению схоластики, принесло, между тем, позитивные результаты, в частности, в научной работе. XIV в., отказавшийся от философских систем, независимо от нее развивал и трактовал специальные науки, особенно естественные, такие как физика и астрономия, а также и гуманитарные науки, такие как экономика. В области этих наук схоласты новой школы достигли больших успехов: идеи, считавшиеся наиболее важным достижением культуры, были получены за несколько веков до Возрождения.

5. Длительность периода. Период, начавшийся в XIV в., продолжался до конца средневековья, то есть до того момента, когда Возрождение выдвинуло свои новые лозунги. Он продолжался в течение двух столетий, до конца XV в., и лишь в Италии изменения произошли несколько раньше, уже в первой половине XV в. Этот период прошел через два этапа. Первая половина XIV в. была философски богатой и творческой. Появились новые идеи, и модернистский путь сформировал не только основы, но и сделал из них наиболее радикальные выводы. В то же время, однако, конец XIV и особенно XV в. были уже временем застоя. Номинализм, еще недавно революционный и живой, перестал развиваться и превратился в школьный канон, так же как томизм и скотизм. В этом состоянии застоя Возрождение и застало схоластику, что и сделало его победу над ней достаточно легкой.

6. Территориальное распространение. В последний период схоластики появились многочисленные учебные заведения и научные центры, а территории, на которых разрабатывалась философия, существенно расширились. Вначале Париж и Оксфорд были вне конкуренции, но во второй половине века были организованы и появились видные университетские центры: Кёльн, Вена, Прага в Чехии, Краков. К Франции и Англии, ведущим в научном отношении странам, присоединились немецкие и славянские страны. Для Польши и для Чехии завершающий период схоластики явился первым этапом в развитии философии. Италия в этот период не была еще творческим лидером, но идеи, которые были разработаны в Париже и Оксфорде, достигли Италии и там, особенно в Падуе, долго сохранялись.

7. Школы. Завершающий период средневековья, его философии охватывал шесть главных направлений. Из них четыре принадлежали античному пути развития философии: томизм, скотизм, аверроизм и августинизм, а критицизм и мистицизм уже представляли собой м одернистский путь.

A) Томизм имел в этот период множество центров, особенно среди доминиканцев. Самый главный центр находился в Кёльнском университете. Именно там в XV в. значительная часть школы высказалась в пользу доктрины Альберта Великого и, как и он, усилила неоплатонические элементы в ущерб перипатетическим.

Б) Скотизм также имел множество сторонников, больше всего среди францисканцев, главным образом, в Англии. Известными его представителями в начале XIV в., когда формировались новые идеи, были Франсуа из Мэронн (ум. в 1325 г.) и Фома Брадвардин (жил приблизительно в 1290— 1349 гг.).

B) Августинизм также имел защитников, среди них выделялся оксфордский францисканец Иоанн Редингтон, период творческой деятельности которого пришелся на начало XIV в.

Г) Латинский аверроизм, несмотря на запреты, не исчез. Школа аверроистов существовала, прежде всего, в Париже, а также в Оксфорде и Падуе. Парижская школа имела своего известного представителя в лице Жана из Жандена (ум. в 1328 г.), который придал аверроизму явно антицерковный, даже антирелигиозный поворот, и в конечном счете вынужден был бежать из Парижа и искать пристанища при дворе борющегося с папством Людвига Баварского. В Оксфорде некоторые философы, такие как кардинал Фитц Ральф и член кармелитского ордена Иоанн Бэконторп (ум. в 1346 г.), стремились приблизить аверроизм к христианской мысли. Падуанская школа, из которой вышел Павел из Венеции, просуществовала дольше всех, почти до XVII в.

Две менее влиятельные школы — августинцев и аверроистов — неоднократно сближались с новыми течениями, в то время как томизм и скотизм оставались наиболее типичными для античного пути.

Д) Критицизм — широко и многообразно разветвленное течение — имел наиболее влиятельного представителя — Оккама.

Е) Мистицизм, который в ту эпоху наиболее интенсивно развивался в Германии, дал прежде всего Экхарта.

Два последних течения внесли новые идеи в средневековую философию и будут рассмотрены отдельно.

Оккам и средневековый критицизм

Как только в XIII в. схоластический способ мышления получил свое полное выражение, уже в начале XIV в. против него появилась реакция. Еще в зрелом средневековье пришло времякритицизма. «Новая школа» обвиняла «старую» в понятийном реализме, догматическом понимании науки, абстрактном ходе рассуждений. Сама же она придерживалась номинализма,далеко идущего скептицизма и интуитивноэмпирической программы исследований. Это было стихийное движение, которое проявилось одновременно у многих мыслителей и постепенно овладело главными философскими центрами — Парижем и Оксфордом. Наиболее типичным и наиболее влиятельным его представителем был Оккам.

Источники критицизма. Это движение, хотя оно и появилось вполне неожиданно, подготавливалось издавна. Его зародыши существовали еще тогда, когда старая схоластика была в полном расцвете. Новый номинализм, эмпиризм и скептицизм имели свои давние источники.

Номинализм имел достаточно старые традиции, идущие примерно с XI в. Только в течение XIII в. он был полностью вытеснен реализмом. Эмпиризм имел в схоластике более слабые традиции, но они были более устойчивыми, и даже в XIII в. он не был преодолен и, собственно говоря, в этом своем виде он породил оксфордскую школу и своего наиболее блестящего представителя в лице Роджера Бэкона.

Скептицизм, наоборот, в раннем средневековье не выступал в явном виде. Однако уже в то время были выдвинуты такие идеи, которые, если появлялся подходящий момент, становились источником и аргументом скептицизма. Эти идеи шли из четырех истоков.

1. Арабскоеврейская философия склонялась к скептицизму. Вопервых, через аверроизм и его теорию двойственной истины. Аверроисты утверждали, что, несмотря на то, что доказательство есть дело разума, истина является делом веры. Они лишали ценности доказательство и этим дискредитировали разум, так же, как это делали скептики. Во вторых, трудыарабских ортодоксов были сокровищницей для скептицизма и больше всего труды АльГазали, который умышленно принижал философию для того, чтобы указать на единственное спасение в вере. Он говорил в то время, что философия не дает доказательств для наиболее важных истин, например таких, что Бог нематериален и что Он является причиной мира. АльГазали ставил под сомнение даже сам принцип причинности, на котором философия основывала свои доводы, поскольку Бог как всесильный может поступать и вопреки этому принципу. Взгляды АльГазали изложил Маймонид, и через его посредство они повлияли на схоластику.

2. Августинизм, хотя данные свидетельствуют против этого, также был на руку скептицизму. Его основополагающей идеей была идея иллюминизма, связывавшая со сверхъестественным просвещением условия познания истины, ибо естественных сил разума недостаточно для того, чтобы ее познать. Скептики XIV в. могли ссылаться на мыслителей августиновского направления: на Бонавентуру, Гроссетеста, Бэкона и Генриха из Гента. Собственно говоря, с этими философами весьма считались в начале XIV в. В Париже в то время высочайшим авторитетом пользовался Фома, в Оксфорде наибольшее влияние имели Гроссетест и Генрих. Дуне Скот действительно отбросил иллюминизм, но в начале XIV в. Родингтон его вновь возродил.

3. Аристотелизм также содержал в себе некий элемент, к которому могли обращаться скептики. Собственно говоря, сам Аристотель отличал от познания, которое дает истинность, домысел, который имеет место в области вероятности. Он разработал не только теорию познания в «Аналитиках», но и теорию вероятности в «Топике». Собственно говоря, на «Топику» и на вероятностный характер приведенных в ней рассуждений могли ссылаться скептики. Уже ранние схоластики различали — в соответствии с этим разделением Аристотеля — истинные рассуждения, которые подтверждают доказательства, и вероятностные, которые лишь в лучшем случае могут убеждать. Логика вероятностных рассуждений, начиная с XIII в., пользовалась популярностью. По этой логике — или, как ее называли, «диалектике» — начали появляться специальные учебники. Не первым и далеко не оригинальным, но наиболее известным был учебник Петра Испанца под названием «Краткий свод основ логики». Петр Испанец сумел при помощи этого учебника распространить диалектические идеи и поэтому стал одним из вершителей того философского переворота, который произошел в XIV в. С помощью этого учебника полюбились свободные диалектические рассуждения и были отброшены строгие предписания «Аналитик» в пользу вероятностных примеров «Топики».

С помощью диалектики можно было подтвердить любое положение какимито аргументами, даже наиболее дико звучащие софизмы (придумывание и доказательство софизмов стало любимым диалектическим увлечением, таким же, как когдато в эпоху греческой софистики). Стерлась граница между истинными и сомнительными утверждениями, между теми, которые являлись результатами истинного знания, и теми, которые представляют собой только результат вымысла и веры. Поле для скептицизма было вспахано.

4. Скотизм, который в силу своего ультрареализма был наиболее устойчивым противодействием новым устремлениям, также подготовил скептицизм. Главным образом это было сделано с помощью: а) теологического волюнтаризма. Все истины зависят от Божественной воли; они являлись бы заблуждением, если бы воля Бога была иной. Отсюда легко можно было сделать вывод, что истинность, которую мы приписываем нашему знанию, является мнимой; б) Скот начал сомневаться в доказательности теологических утверждений; теологический скептицизм модернистов XIV в. только продолжил ту традицию, которая была им заложена.

Скот проложил пути не только скептицизму, но и интутитивизму. Он был тем мыслителем, который строго отделил интуитивное познание от абстрактного. Оккам был более близок к Скоту, чем к Фоме, и не случайно, что эволюция схоластики пошла в следующем направлении: от томизма к скотизму, а от скотизма к оккамизму. Томизм был на противоположном конце «нового пути», он являл собой, в конечном счете, единую схоластическую доктрину, которая не содержала в себе элементов скептицизма. Все остальные доктрины содержали в себе эти элементы, и причина этого лежала в религиозной основе схоластики. Томизм не доверял разуму, но не потому, что считал его несовершенным и неспособным получать истину (как античные скептики), а потому, что более приспособленной для этого он считал веру.

Два направления критицизма. Новая философия XIV в. появилась в обоих главных центрах, парижском и оксфордском. Через некоторое время сформировались два равнозначных направления. Несмотря на то, что каждое из них сформировала критическая позиция, антиреализм, скептицизм и эмпиризм, они существенно отличались в решении важных проблем.

1. Парижское направление несколько раньше выдвинуло своих выдающихся представителей. К нему принадлежали такие доминиканцы, как Дюран из монастыря СанПорциано, парижский профессор (ум. в 1332 или 1333 г.); к нему можно отнести также Гарвея из Наталя, генерала ордена (ум. в 1323 г.). К нему также принадлежали францисканцы, такие как Иоанн из Полиаццои Пьер Ореоль, который наиболее полно выразил новые идеи в их ранней французской фазе.

Пьер Ореоль происходил из Аквитании, был учеником Скота в Париже, где учился приблизительно в 1304 г. Затем он преподавал в Болонье, Тулузе и Париже. Умер в Париже в 1332 г., будучи архиепископом при папском дворе в Авиньоне. Пьер Ориоль был, вопервых, номиналистом и говорил о том, что общими являются не вещи, а лишь способ их понимания разумом, что реально существуют только единичные вещи. Во вторых, мы познаем не «абстрактным и обобщенным способом», а при помощи опыта. Ореоль высказывался в защиту эмпиризма.Втретьих, он к этому присоединял скептические взгляды, опираясь на основополагающие положения психологии (что душа является нематериальной формой и т. д.), которые нельзя обосновать. В четвертых, он был феноменалистом, утверждая, что непосредственным объектом нашего знания являются не сами вещи, а только явления. Впятых, он придерживалсялогического концептуализма как позитивного взгляда на природу универсалий. Два последних взгляда демонстрировали особенность доктрины Ореоля и всего парижского направления, но эти свои особенности парижское течение вскоре утратило, подчинившись оксфордскому направлению.

2. Оксфордское направление начиналось с менее значительных мыслителей со скептическими тенденциями, чтобы быстро наверстать упущенное и выдвинуть самую выдающуюся личность всего движения — Оккама. Оккам пришел к своим взглядам независимо от французского модернизма, который был старше его на целое поколение. Он специально акцентировал внимание на том обстоятельстве, что познакомился с Ореол ем, когда его собственные позиции уже сформировались. По своей сути эти взгляды основывались на оксфордском направлении теологии и естественных наук. Сильная личность Оккама повлияла на индивидуальность его французских последователей, и «новый путь» был воспринят не только в Англии, но и во Франции в том виде, который он ему придал. Он считался «почтенным основоположником» новой схоластики. Его появление делит парижское направление на два периода: собственно дооккамовский и оккамовский.

Жизнь Оккама. Уильям Оккам родился в графстве Сюррей, недалеко от Лондона, незадолго до 1300 г. В 1312— 1318 гг. учился в Оксфорде, а с 1318 г. начал в нем свою преподавательскую деятельность. В 1324 г. был обвинен в ереси и вызван в курию в Авиньон, где был осужден. Через четыре года бежал к императору Людвигу Баварскому, который вел борьбу с папством; в это же время был отлучен от Церкви. С 1330 г. находился при императорском дворе в Мюнхене и там написал большинство своих произведений. Там же и умер в 1349 или 1350 г., помирившись перед смертью с Церковью. Свою достаточно неожиданную для средневекового философа судьбу Оккам определил своей боевой натурой и устремлениями, не только научными, но и политическими. Его философские трактаты дополнялись политическими работами, направленными против папства.

Философские произведения Оккама были начаты, как правило, в Оксфорде, а завершены или переработаны в Мюнхене. Больше всего он оставил после себя логических работ: «Свод всей логики», «Распорядок». В его комментариях к «Сентенциям» Ломбарда содержались теологические взгляды, а в комментариях к «Физике» Аристотеля — его собственные естественнонаучные представления.

Взгляды Оккама. 1. Главные идеи Оккама. Классическая схоластика: а) старалась собрать знания в единую систему,— в силу этого она была систематической философией; б) основания этого знания считала надежными и поэтому была догматической по своему духу; в) в ней подразумевалось, что знания добывает разум,— следовательно, она была рационалистической философией; г) доказывала, что общим понятиям разума соответствует общее бытие,— следовательно, она была реалистической философией.

В то же время, однако, Оккам, будучи выразителем нового духа, по всем философским позициям противостоял сложившейся традиции. Его основная позиция была: 1)антисистематической, 2) антидогматической, 3) антирационалистической, 4) антиреалистической, так как: а) вместо того, чтобы сконструировать систему, он занимался критикой знания; б) в результате критики он пришел к мнению, что огромная часть традиционного знания лишена необходимых оснований; в) основополагающим органом знания он считал не дискурсивный разум, а непосредственную интуицию; г) в общих понятиях разума он видел результат мышления и речи, которому ни одно всеобщее бытие не соответствует. Старым положениям он противопоставлял новые: 1) его критическая позиция привела к выдвижению на первый план эпистемологические проблемы; 2) а также открывала путь скептицизму ифидеизму, поскольку место дискредитированного знания должна была занять вера; 3) интуиционизм занял место рационализма; 4) номинализм и психологический концептуализмзаместили реализм.

Разыскивая более глубокие основания для новых эпистемологических доктрин Оккама, мы наталкиваемся на два убеждения метафизической природы: индивиду ализми волюнтаризм.Как индивидуалист Оккам стоял на той точке зрения, что любое бытие единично и конкретно, что иного бытия не существует. Как волюнтарист он полагал, что особенности бытия зависят от воли, и прежде всего от воли Бога. Он был защитником могущественной Божественной воли и отбрасывал любые положения, которые могли бы ограничить это могущество.

Кроме того, он придерживался еще одного методического правила, которым пользовался при решении философских проблем: для того, чтобы объяснить явления наиболее просто, нет необходимости множить сущности и устанавливать их там, где объяснение явлений этого не требует. Эти две посылки — всемогущественная воля Бога и экономия мышления — стали непреложными правилами его философии. Неудивительно, что созданный им образ мира имел больше свободы и был более простым, чем тот, который был получен по традиции.

2. Скептицизм. По отношению к рациональному знанию о Боге и мире, которое построила схоластика, позиция Оккама была исходно скептической.

А) Прежде всего он стремился показать, что теология не является наукой. В частности, ее положения были поставлены под сомнение еще до Оккама. То, что единственности Бога нет и она не может быть доказана,— это утверждал Уильям из Уорра. Скот же утверждал нечто подобное о тех положениях, что Бог всесилен, вездесущ и т. д. Иоанн из Полиаццо говорил о том, кто является творцом мира, и подобное говорилось о других теологических положениях.

Предшественники Оккама постепенно освобождались от жестких пут теологии, а Оккам покусился на ее основы. Он поставил под сомнение те принципы, на которые опирались основные рассуждения теологов: принцип причинности в его традиционном, идущем от Аристотеля, виде. Этим он закрыл основную дорогу теологическим доказательствам. Уже не только характеристики Бога перестали для него быть предметом доказательства (например, нельзя доказать единственность Бога, если можно просто подумать о том, что существует множество миров и каждый из них имеет своего Творца, нельзя доказать его бесконечность, если совершенная сущность не может быть бесконечной), даже само существование Бога нельзя доказать. Невозможно как доказательство априори, если существование можно подтвердить только с помощью непосредственной интуиции и ни в коем случае с помощью непосредственного рассуждения, но в таком случае доказательство апостериори также неистинно, если положить в основание принцип причинности и допустить, что цепочка причин конечна и что первопричиной является Бог.

Скептические замечания предшественников Оккам обобщил в крупной скептической теории, которая охватывала более или менее всю рациональную теологию. При этом он никогда не утверждал, что ее положения были ложными. Они истинны, поскольку опираются на Откровение. Но они не являются результатом знания и могут быть только делом веры. Скептицизм Оккама пробивал дорогу фидеизму. Теология оказалась вне науки. Между знанием и верой — уже через полвека после Фомы! — наступило полное размежевание.

Б) В рациональной психологии, по мнению Оккама, исходные положения также были лишены доказательства. Ни путем рассуждения, ни при помощи опыта нельзя продемонстрировать то, что мыслящая душа нематериальна и неуничтожима, что она является формой тела, что человек подчиняется такой душе. Психологическая конструкция, которая была выстроена еще Аристотелем и культивировалась веками, была разбита. В учении о душе, так же как и в учении о Боге, мы знаем только то, что знаем с помощью веры.

В) Тем более нет доказательств в этике. Оккам утверждал, как и Скот, что Божественная воля является единственным смыслом морального блага и никакие объективные законы не ограничивают Его всесилия, поскольку и другие объекты могут быть Им признаны благими.

Скептицизм Оккама имел двойной источник. Один из них был критической природы: традиционное учение о Боге, душе и добродетели не выполняло, строго говоря, задач, которые поставлены перед знанием. Доказательства и рассуждения о них являются только поверхностными, поскольку с одинаковым успехом можно было доказать и противоположные положения. Второй источник имел религиозную природу: убеждение в неограниченной силе и свободе Бога. Если бы Бог захотел, все было бы другим, не таким, каким оно есть на самом деле. Ничто не является необходимым, а если чтото и кажется нам таковым, то это наше заблуждение. Теология, психология и этика, стремясь доказать истины откровения и в силу этого показать их необходимость, ставили перед собой ложную задачу, а если они ее и выполнили, то только на первый взгляд.

Г) Скептицизм Оккама распространялся и за пределы рационального знания, так как охватывал также и интуитивное познание. С его помощью Оккам поставил под сомнение и то, что сам представлял как наиболее мощную основу знания. Исходя из своей критической позиции, он не получил здесь ничего того, что в действительности могло бы быть применимым. Он получил — как мы это увидим позже — аргумент в пользу религиозной природы Бога, который всесилен и в состоянии вызывать интуицию даже тогда, когда самого объекта не существует.

3. Психологизм. А) В проблеме универсалий Оккам отказался от реалистической основы, на которой схоластика построила свое знание. Он сделал это по двум причинам: вопервых, принятие реально всеобщего сталкивается с теоретическими трудностями; вовторых, в нем нет необходимости, а) Трудности реализма проявляются как в его крайнем выражении (платонизм), так и в его умеренном виде (аристотелизм). Если мы понимаем универсалии как существующие в вещах или вне вещей, то, в конечном счете, их можно понять только как вид единичных объектов, но таковыми, по определению, они не являются. Некоторые их сторонники допускают, что универсалии существуют в вещах, поскольку, по их мнению, разум их выделяет из вещей силой своей абстракции. Но это недопустимое положение, ибо разум может творить только понятия, но ничего реального он создать не может. Если же универсалии существуют в зависимости от разума, то это означает, что они реально не существуют, б) В этом нет необходимости, так как наше знание удается объяснить и без них. Более того, принятый методологический принцип свидетельствует о том, что необходимо избегать сложных объяснений там, где достаточно простых.

В основе этой полемики лежало очень позитивное убеждение в том, что только то, что единично и конкретно, может реально существовать. Вещи не являются общими; это был, по Оккаму, ложный взгляд номиналистов. Если номинализм утверждает, что понятие является только общим, он ошибается, поскольку должно существовать какоето основание для создания общих понятий. Этот взгляд выводил «новую школу» философов XIV в. за пределы старого примитивного номинализма.

Б) Все эти философы были антиреалистами, но не были исключительно номиналистами. Они утверждали, что нет всеобщего бытия, что кроме общих выражений существуют также общие понятия,— они были концептуалистами. В то же время они отличались друг от друга в понимании природы понятий. Это различие разделило на два направления модернистов XIV в. Одни из них приписывали понятиям субъективное бытие, другие — объективное. Объекты мышления, не обладая реальным бытием вне его самого, могли, однако, обладать двояким — объективным и субъективным — бытием.

Мы воспринимаем объекты с помощью мыслительных операций. Эти операции происходят в разуме, который является их основой, или «субъектом». В таком случае они обладают психическим бытием, которое схоластами называлось «подлежащим, или субъективным бытием».

Но мышление имеет ту особенность, что оно мыслит о том, что представляет собой какойто объект. Этот объект, в конечном счете, может быть нереальным, он может быть только иллюзорным. Химера, например, не имеет ни реального, ни физического, ни психического бытия. Психической является деятельность разума, который вырабатывает представление о химере, но не самое химеру. Она является только «объектом» разума и имеет — как выражались схоластики — «объективное» бытие. Схоластики бытие такого рода называли также интенциональным (от слова «интенция», т. е. направление) в том случае, когда это бытие основывалось только на том, на что направлен наш разум. Объект мысли может обладать, кроме того, и реальным бытием, но может его также и не иметь. Отсюда в средневековье имело место различение и противопоставление «реального» и «субъективного» бытия.

Разделение субъективного и объективного бытия было основой для размежевания модернистов на два направления. Парижская школа, типичным представителем которой был Ореоль, утверждала, что общие понятия обладают только объективным, интенциональным бытием, а не реальным бытием в мышлении. В то же время Оккам — а вслед за ним и вся оксфордская школа — полагал, что общие понятия существуют только в разуме и имеют субъективное бытие. Концептуализм парижской школы был логическим, а концептуализм Оккама — психологическим. Почему Оккам занял такую позицию? Потому что для него «интенциональное бытие» не было, в целом, бытием, а было фикцией. «Бытие» для него означало, прежде всего, физическое или психическое бытие, поскольку иного не существует. Здесь для Оккама решающей была та идея, что бытие нет смысла множить, не надо создавать фикции, необходимо лишь факты объяснять предельно просто.

В) Общие идеи, содержащиеся в разуме, были для Оккама «естественными» универсалиями. Другой вид универсалий представляли слова, которые эти понятия выражают. Это мысленные универсалии, которые создаются людьми. К ним относится то, что мы называем «родами» и «видами». Они не являются состояниями разума, а есть только порождение речи. Как имеющие значение они обладают той особенностью, что обозначают и «замещают» объекты.

Теория универсалий состояла у Оккама из четырех разделов: 1) теории понятий, или психических универсалий; 2) теории имен, или языковых универсалий; 3) теории обозначения или замещения объектов знаками; 4) теории знаков и значений. Антиреалистическая логика XIV в. была более богатой, чем логика номиналистов XVI и XVII вв. в этой сфере знания.

Логики XIV в. стремились удалить из логики метафизические проблемы и с этой целью ограничивали свою проблематику только проблемой языкового знака и его значения. Знак вместе с его значением был назван «термином», а логику, ограниченную рассмотрением терминов, назвали «терминистской». Такой логикой и занимался Оккам. Но и в ней метафизический спор об универсалиях тоже нашел свое выражение. Поскольку, кроме таких способов замещения вещи, с которым были согласны все (а именно, когда термин замещает конкретную вещь: так называемое персональное, единичное замещение), рассматривалось замещение целых классов (общее замещение), что и являлось предметом спора между реалистами и антиреалистами, оно было признано реалистами, но не принималось Оккамом. Терминистской логикой занимался не только Оккам вместе со своей школой, ею занимались также и реалисты. Если же оккамистов иногда называли специально «терминистами», то это делалось только потому, что спорную характеристику общности они видели в самом термине, а не в замещаемых им вещах.

Позиция Оккама не создавала из универсалий фикций разума, поскольку они являлись психическими и языковыми отражениями единичного бытия. Ничего иного, кроме единичного бытия, не существует. Оккамизм признавал бессодержательными конструкции реалистической логики, всякие «сущности», «природы», «реальные виды». Удалив все, что не является конкретной единичностью, Оккам создал неизмеримо упрощенный образ мира.

4. Интуиционизм. Абстрактная мысль не может точно познать бытия, поскольку оно является конкретным и единичным. Это может сделать только непосредственное познание, которое Оккамом и его школой называлось «экспериментальным» или, по примеру Скота, «интуитивным». Его определяли таким образом в противовес абстрактному, как такое познание, в ходе которого мы воспринимаем наличный объект. Оно свидетельствует о том, чему абстрактное понимание никогда научить не может: существуют ли данные вещи реально.

Среди профессиональных философов XIV в. не было двух мнений по поводу существования интуиции. В то же время, однако, мнения расходились во взгляде на природу интуиции: признавая вещи наличными, имеем ли мы гарантию их наличности? Мы познаем сами вещи или только их проявления? Парижская школа опиралась на заблуждения, которым мы подвергаемся в ходе интуитивного познания, и утверждала, что в процессе интуитивного постижения мы имеем дело с реальным бытием, что объект интуиции есть только явления. Интуитивно познаваемые явления были для этой школы такими же нереальными, как и интенциональные объекты, которые познаются при помощи общих понятий: и первое, и второе находятся между разумом и реальным миром. Ни в том, ни в другом случае, ни с помощью интуиции, ни с помощью абстрактной мысли разум не познает реальное бытие. Феноменализм парижской школы шел в паре с логическим концептуализмом. Обе эти теории отличали парижскую школу от Оккама.

Оккам порвал с традицией феноменалистов. Взгляд, который они считали верхом осторожности, он считал некритическим. Явления, отличающиеся от вещи, по его мнению, были заблуждениями философов, такими же, как и интенциональное бытие. В действительности существуют только разум и реальные вещи. Отношение разума к вещам является непосредственным. Оккам отбрасывал любые опосредующие звенья между ними: явления, образы, интенционалъные объекты. Он доказывал, что принятие опосредующих звеньев уходило бы в бесконечность.

Позиция Оккама имела также и другую сторону: в интуиции он усматривал непосредственный, но несамостоятельный способ восприятия действительности. Интуиция может быть в одинаковой мере вызвана как естественным путем — через воздействие самих вещей, так и сверхъестественным — благодаря непосредственному воздействию Бога. Всесильный Бог может вызвать в нашем разуме интуицию несуществующей вещи. Это была идея, вызывавшая недоверие даже к непосредственному познанию. Феноменалистов она не затрагивала, поскольку, по их мнению, мы всегда познаем только явления, вызваны ли они воздействием вещей, либо внушены непосредственно Богом. Но в то же время Оккама, который считал интуицию непосредственным отношением с вещами, эт

 

74