ГоловнаЗворотній зв'язок
Главная->Віра та релігія->Содержание->Евхаристическая литургия.

История Христианской Церкви

Евхаристическая литургия.

        На Востоке, в важнейших церковных митрополиях, обра­зовались собственные литургические обычаи для Евхаристи­ческих празднеств; они возводились на апостолов или апос­тольских учеников, а частью на знаменитых епископов. 1) Так литургия Церкви Иерусалимской приписывалась св. Иакову; 2) Церкви Антиохийской — по Клименту, но также Иакову. В Константинополе тоже возводили литургию на последнего, но регулярно пользовались 3) литургией Иоанна Златоустого, затем 4) литургией Василия Великого, которой подража­ли и сирийцы с коптами. Копты пользовались еще литургией, приписываемой Григорию Назианзянину. Александрийская Церковь возводит свою литургию 5) на Марка, или на Кирил­ла. От египетских яковитов, абиссинцы заимствовали 10-12 литургий. Несториане называли свои литургии по их апосто­лам, особенно Авдея и Марии, по Диодору, Феодору и Несторию. Армяне обладали, кроме литургии Иакова, еще одной особой литургией, даже более старой — с очень выразительными мо­литвами.

        На Западе являлась господствующею Римская литургия. Миланская литургия приписывалась св. Амвросию, она род­ственна восточным. В остальных странах Запада литургии часто менялись, как например, в Испании. Древняя Галликан­ская литургия имеет много сродства с Миланскою.

        Агапы в данный период жизни Церкви уже не имели мес­та. Однако, продолжения их в жизни Церкви желали и им­ператоры Константин и... Юлиан. Первые сведения об уничтожении агап имеем от Собора Лаокикийского, гл. прав. 27-28 (См. толкование на них епископа Никодима Милоша). Святой Иоанн Златоуст, говорит об агапах, как обычае уже отжившем. На Западе они запрещены позже, Карфаген­ским Собором 418 г., а окончательно — Оксеррским Собором в 584 г. Помощь бедным раздавалась при погребении мертвых, заменяя собою как бы агапы (См. Августин. Epistola 22, 3).

        Брак. Как ранее, так также и теперь, брак заключался с благословения Церкви и отличался особой торжественностью. У восточных браку регулярно предшествовало обручение, обет (Verlobniss); при венчании на брачущихся возлагали венцы или короны. Перемена колец и связывание рук жениха и не­весты белым или красным платочком показывало или оз­начало обязанность верности и неразрывность брачного союза. На Западе венчание большею частью совершалось за литур­гией, когда брачущиеся и причащались; им делались подно­шения. В честь церковного благословения, брачущиеся должны были воздерживаться в первую ночь от плотского смешения. Второй и каждый следующий брак не одобрялся, хотя и приз­навался законным. На Востоке на второбрачных не возлагали венцов и подвергали их покаянию. Но второй брак считался расторжимым в случае прелюбодеяния; на Западе и факт прелюбодеяния кого-либо из супругов не расторгал брака.

        Таинство покаяния. К концу IV-го века, при папе Нек­тарии, в Константинополе назначались особые пресвитеры для тайной исповеди, а в начале V-го века публичная исповедь на Востоке исчезает. На Западе она существовала и в V-ом веке; многие Соборы занимаются упорядочением покаянной дисци­плины. Действие покаяния не простиралось на грехи к смерти — peccata ad mortem. С VI-го века возникли покаянные книги. На Востоке одна из таких приписывается Константинопольско­му патриарху Иоанну IV-му Постнику (†595 г). — ακολουθια και ταξις επι των εξομολογουμενων. Это руководства для пресвитера, при совершении таинства покаяния. Они содержат молитвы покая­ния, то исповедальные и отпустительные формулы, то все роды грехов, соответственно запретительным церковным канонам.

        Таинство елеосвящения, или последнее помазание, рас­сматривается в связи с покаянием. На Западе масло для пома­зания освящалось епископом, на Востоке это право предос­тавлялось и пресвитерам. Последнее помазание “Соборование” преподавалось, кроме верных христиан, только тем из греш­ников, которые уже примирились с Церковью. Последнее по­мазание рассматривалось в неразрывной связи с покаянием. Поэтому его нельзя было преподавать не только детям, но также и только что крещеным, хотя бы они были опасно больны.

        Погребение. Христиане простирали свою нежную забо­тливость и на мертвых. Мыли и очищали тела умерших, часто помазывали и бальзамировали их, в белых одеждах полагали на одры (постели); нередко их сравнительно долго оставляли на носилках, в особенности, когда умершим был князь, епис­коп, пресвитер. В день погребения умершего, родственники одевались в лучшие одежды, — черный цвет не одобрялся, хотя в конце концов и победил.

        Трупы умерших переносились в кимитирии, при пении молитв и псалмов, с преднесением светильников, масличных и пальмовых ветвей (Св. Иоанн Златоуст. Иов, бес. I; на евр. бес. IV; Августин. De civitate Dei II, 13; Евсевий. Ц. История VII, 22, — об обычае баль­замировать. См. Athanasius. Vita Antonii n. 90. Migne. t. XXVI, 969). Кимитирии находились вне городов. Подземные кимитирии оставались в употреблении еще в IV и V-ом в. Наверху их часто строились церкви. На гробах читались молитвы и говорились речи; последние произносились и в церквах, при погребении выдававшихся лиц. Обедни в память умершего совершались в третий, девятый и 30-ый день и в го­довой день смерти; при этом раздавалась часто богатая ми­лостыня. Определение траурного времени Церковь предоставля­ла обычаю и общему законодательству. Агапы в честь умерших долго еще удерживались в различных странах.

 

Богослужебный устав.

        В истории развития христианского богослужения особую и чрезвычайно большую роль сыграло монашество. Из него на­полнялись ряды высшей иерархии, оно питает просвещение и литературу, но в особенности велико его влияние на богослу­жение. Главная работа здесь должна быть отнесена на счет палестинского и синайского монашества. В палестинских мо­настырях центральною фигурою является преподобный Савва Освященный (532 г.). В монастырях служебный устав был готов уже к IX в. С этого времени ему оставалось опре­делиться только в самых мелких частностях и подробностях. И тогда устав принял вид и характер толкового Типикона. Было два главных устава — Типикон Иерусалимской Церкви и великой Константинопольской.

 

 

136