yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Медицина->Содержание->        2 Врач и больной с позиций ролевого подхода

Медична соціологія

        2 Врач и больной с позиций ролевого подхода

Как  мы уже ранее рассматривали, болезнь выступает своеобразным фактором, ведущим к рассогласованию социальных отношений. Таким образом, в рамках социальной системы врач и больной могут рассматриваться с позиций ролевых отношений. Термин «роль больного» был впервые  предложен Л. Гендерсоном в 1935 году, а затем использовался Т. Парсонсом.

По мнению Парсонса, факт обращения к врачу является признанием пациента  неспособности решить проблему собствен­ными силами и вера в компетентность врача. Взаимодействие врача и пациента направлено на решение общей задачи: возвращение заболевшего в социальную систему, которая таким образом вернет себе состояние равновесия, нарушенное временным выключением из нее данного индивида.

Роль больного, по Парсонсу,  имеет четыре основные характеристики: 1) освобождение от обычных социальных обязан­ностей; 2) больной человек не считается виновным в том, что болен; 3) больной должен стремиться к получению компетентной профессиональной помощи, поскольку болезнь социально нежелательна; 4) ожидается, что человек в роли больного будет подчиняться режиму, предписанному компетентным врачом.

Таким образом, Парсонс, как представитель структурного функционализма, рассматривал ролевое взаимодействие врача и пациента в контексте обеспечения согласованности различных социальных элементов. Иными словами, состояние болезни приводит к дисфункциональности социальной системы, так как человек не может выполнять необходимые социальные обязанности, а это негативно сказывается на состоянии социальной системы в целом. Врач помогает больному вернуться к нормальному социальному функционированию. Таким образом, врач и больной выступают партнерами, союзниками в процессе лечения. Подобная модель отношений получила название партнерской.

Принципиально по-другому выстраивается ролевая модель «врач – пациент» в работах М. Фуко, признанного лидера постструктуралистского направления. В работе «Надзирать и наказывать»  М. Фуко говорит о том, что «судьи нормальности окружают нас со всех сторон. Мы живем в обществе учителя-судьи, врача-судьи, воспитателя-судьи и социального работника-судьи; именно на них основывается повсеместное господство нормативного; каждый индивид, где бы он ни находился, подчиняет ему свое тело, жесты, поведение, поступки, способности и успехи». Врач предстает не агентом адаптации индивида к условиям социальной среды, а агентом социального контроля. Фуко считает, что участие больного в процессе собственного оздоровления состоит в том, что он является пассивным объектом специальных медицинских процедур. Врачи используют специальную терминологию и коды, недоступные для пациента. В результате он вынужден подчиняться процедурам не  из-за того, что он понимает или принимает их важность, а из-за подчинения авторитету врача. В результате отношения врач – пациент искажаются: врач в глазах больного становится чудотворцем, больной изъявляет всю большую готовность отдать себя в его руки.

Данную модель ролевого взаимодействия  можно назвать сакрально-технократической в связи с особой ролью медицин­ского знания в жизни общества и отсутствия вовлеченности больного в терапевтический процесс.

В рамках интерпретативистской социологии, предста­вителями которой можно назвать  И. Гофмана, медицина рас­сматривается в контексте «тотального социального института», наряду с тюрьмой, армией, монастырями и т.д. Характерной особенностью тотального института является полное подчинение существования индивида внутренней логике функционирования учреждения. В тотальных институтах происходит не столько исправление индивида, сколько приучение его к образу жизни в учреждении. Одновременно стоит указать на то, что в процессе пребывания в тотальном институте происходит своеобразное «размывание» самооценки индивида и замещение ее осознанием важности роли института в его жизни. Для обеспечения этого процесса тотальный институт, будь то тюрьма, казарма или психиатрическая больница, уравнивает каждого, находящегося внутри. Это касается не только правового, но и общечеловеческого аспекта. Так, через лишение личных вещей стирается индивидуальность, появление униформы (больничной одежды) окончательно закрепляет процесс перехода из одной реальности в другую.  Для врачей пациенты выступают объектами применения своих научных представлений, причем это применение не всегда оправданно и служит лишь подтверждением их компетенции и самоутверждению. Гофман писал: «Медицинский персонал будет постоянно нуждаться в подтверждении того, что они еще чего-то стоят, что полученные когда-то знания все еще ценятся. Проблемы больного упрощаются… Из просто больного он становится очень больным, и необходимость госпитализации обосновывается сама собой, иначе будет еще хуже».

 Подобную модель взаимодействия можно охарактеризовать как госпитализирующую, т.е. направленную на укрепление понимания пациентом растущей роли больницы в его жизни. Кроме этого, указание на роль лечебного учреждения фактически тождественно институционализации болезни, приведению поведенческих особенностей в соответствие с медицинским диагнозом.

Дальнейшее укрепление подобных представлений можно проследить в работах авторов антипсихиатрического направления (Т. Жаж, Р. Лэйнг, Д. Купер), пик популярности которого пришелся на шестидесятые годы ХХ века. Отрицая психическую болезнь как медицинский феномен, они делали акцент на недобровольности лечения и жестокости средств терапевтического воздействия. По их мнению, то, что врачи называют понятием «психическая болезнь», на самом деле проявление у личности нерешенных психологических проблем. Первоначально основной мишенью критиков стали методы психиатрического лечения и его изначально недобровольная природа. Наиболее цитируемыми местами в работах указанных авторов являются разделы, где они обрушиваются с критикой на современное состояние психиатрической помощи и объявляют врачей-психиатров агентами социального контроля. По мнению авторов, индивиды, ведущие себя неконформно, чье поведение отличается от принятых правил, просто объявляются психически нездоровыми, репрес­сируются по воле правящих кругов. Эти нонконформисты изолируются и подвергаются лечению до тех пор, пока не станут более покладистыми. Например, Т. Жаж называет врачей-психиатров профессиональными наемниками, тюремщиками, мучителями, психиатрические клиники – тюрьмами, а психиатрическое лечение – заговором.

Таким образом, данную модель взаимодействия можно назвать репрессивной, направленной на подавление нонкон­формной личности и приведение ее к общепринятому стандарту. Это, в свою очередь, невозможно без известного ограничения свободы.

 

 

50