ГоловнаЗворотній зв'язок

Новые маги рынка

ДЖИЛ БЛЕЙК

МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА

Д

жил Блейк (Gil Blake) называет свою компанию по управлению капиталом «Двадцать с плюсом» (Twenty Plus). Это название вплетается в логотип на его визитных карточках и бланках компании, изображаю­щий кривую распределения вероятностей различных уровней прибыли. На этой кривой прибыль величиной 20% находится в двух стандартных отклонениях слева от среднего значения. Пояснение для тех, кто не разбирает­ся в статистике: согласно этой кривой, компания Блейка с вероятностью более 95% получает годовую прибыль не меньше, чем 20%. На кривой распределения вероятнос­тей нет точки, соответствующей нулевой прибыли, не говоря уже об отрицательной прибыли — что говорит об огромной уверенности Блейка в собственных силах. Уверенность Блейка явно имеет право на существо­вание. За двенадцать лет, прошедшие с тех пор, как он начал торговать, его среднегодовая прибыль состави­ла 45%. Хотя это впечатляющая цифра, самым ярким элементом результатов Блейка является стабильность. Подтверждая свой логотип, он никогда не имел года с прибылью меньше 20%. Собственно говоря, его худ­шим результатом была прибыль в 24% в 1984 году. Но даже в этот неудачный год Блейк проявил последова­тельность — он зарабатывал деньги в каждом из двенад-

РИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА________________________________ ЗЛ

цати месяцев! Чтобы по-настоящему оценить стабиль­ность результатов Блейка, вам нужно взглянуть на его ежемесячную прибыль. Целых 134 месяца (96%) из его 139-месячной карьеры были либо безубыточными, либо прибыльными. У него даже была полоса в 65 месяцев без единого убытка — результат, о котором большинству других трейдеров приходится только мечтать.

Уверенность Блейка в своем подходе выражается так­же в необычном формате его гонорара. Он берет со сво­их клиентов 25% от общей годовой прибыли, но — ив этом необычная часть — он также соглашается оплачи­вать 25% любых убытков и 100% убытков, понесенных новыми клиентами в течение первых двенадцати меся­цев. Понятное дело, ему еще ни разу не пришлось вы­плачивать эти штрафы.

Теперь вы, вероятно, захотите узнать, куда посылать чек. Не торопитесь. Блейк прекратил набор новых кли­ентов пять лет назад. С тех пор он сделал только два ис­ключения, и в обоих случаях для близких друзей.

Блейк торгует акциями взаимных фондов, пытаясь правильно выбирать время для покупок и продаж. Во­обще говоря, инвесторы взаимных фондов пытаются увеличить прибыль путем перехода в фонды денежного рынка каждый раз, когда ждут падения фондового рын­ка. В случае Блейка, он не только все время переклю­чается между отдельным взаимным фондом и фондом денежного рынка, но также принимает дополнительные решения о том, фонды каких секторов или групп секто­ров предоставляют в данный день наилучшие возмож­ности. Блейк использует чисто технические модели для получения сигналов для своей оптимальной ежедневной инвестиционной стратегии. Как правило, он держит ак­ции очень недолго, обычно в диапазоне от одного до че­тырех дней. Используя такую методологию, Блейк смог демонстрировать стабильные ежемесячные прибыли да­же в те месяцы, когда сами фонды, в которые он инвес­тировал, регистрировали значительные убытки.

312_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

Блейк гордится тем, что является аутсайдером Уолл-стрит. Окончив Корнелльский университет, он прослужил три года морским офицером на атомной подводной лодке. Затем он поступил на экономичес­кий факультет университета Уортона и окончил его с отличием. После экономического факультета Блейк три года работал бухгалтером в Price Waterhouse и девять лет главным финансовым специалистом в Fairf ield Optical. За все это время он ни разу серьезно не задумывался о торговле. Все это время он верил в справедливость теории случайного блуждания, кото­рую с таким трудом усваивал в университете (эта тео­рия гласит, что попытка преуспеть на рынках являет­ся безнадежным предприятием).

Жизнь Блейка изменилась, когда он однажды зашел в офис своего приятеля, и ему показали некоторые фак­ты, свидетельствующие о неслучайном поведении рын­ка. Он решил доказать, что видимая неслучайность этих фактов — лишь плод воображения его друга. Однако, проводя исследования, имевшие целью доказать эту точку зрения, он напротив убедился в том, что на рын­ках присутствует немалая доля неслучайного поведения, дающего невероятные возможности получения прибы­ли. Так вот через 15 лет после окончания колледжа Джил Блейк стал трейдером.

Рождаются трейдерами или становятся? В случае Блейка некоторое представление дает следующая за­писка от его школьного учителя, которую с гордостью хранит его мать: «Его лепка, рисунки и работы по дереву обнаруживают удивительно методичную точность. Ему нравится работать с маленькими вещами, и он доводит их до совершенства. Все, что он делает, состоит из множества маленьких деталей, а не из одной большой неопределенной формы, что более характерно для ребенка его возраста. Он очень интересуется числами, легко запоминает их и демонстрирует настоящий талант в отношении математики».

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА_______________________ 313

Я проинтервьюировал Блейка в его пригородном до­ме в Массачусетсе во второй половине дня в субботу во время пика осеннего сезона. Я приехал туда вскоре пос­ле обеда. Предусмотрительно решив, что я, возможно, не ел, он приготовил мне бутерброды. Я нашел Блейка очень скромным и непритязательным человеком. Он был по-настоящему тронут тем, что я считаю его до­статочно значимым, чтобы включить в книгу о лучших трейдерах. С точки зрения соотношения прибыли к рис­ку найдется мало равных Блейку, если таковые вообще имеются, но по его поведению этого не скажешь.

—  Вы стали спекулировать акциями взаимных фон­ дов задолго до того, как это вошло в моду. Что побуди­ ло вас к этому?

— Ну, собственно, я этим обязан своему другу. Я пом­ ню тот день так, как если бы это было вчера. Я вошел в кабинет своего коллеги, и он сказал: «Эй, Джил, взгляни- ка на эти числа». Он инвестировал в фонд муниципаль­ ных облигаций с тем, чтобы воспользоваться высоки­ ми в то время процентными ставками, составлявшими порядка 10—11% и не облагавшимися налогом. Хотя он и получал высокий процентный доход, он заметил, что его общая прибыль быстро снижалась из-за постепен­ ного уменьшения чистой стоимости активов (net asset value, NAV).

Он передал мне лист с числами примерно за месяц, и я заметил существование весьма постоянного тренда: NAV снижалась в течение приблизительно 22 дней под­ряд. Он сказал: «Fidelity позволяет в любое время пере­ходить в фонд денежного рынка, причем бесплатно. По­чему же я не могу просто переходить из облигационного фонда в деньги, когда фонд начинает понижаться, и за­тем обратно, когда фонд снова начинает расти?»

Я ответил на это так: «Ник, не думаю, что рынки ра­ботают таким образом. Ты разве не читал книгу «Слу­чайное блуждание по Уолл-стрит» (A Random Walk Down

314_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

Wall Street)?» И я высмеял его идею. Я сказал: «Беда в том, что у тебя нет достаточного количества данных. Собери побольше данных, и, я уверен, ты поймешь, что в дли­тельной перспективе так деньги делать невозможно».

Он собрал больше данных, и, удивительное дело, последовательность трендов, похоже, не изменилась. Я быстро убедился в том, что в поведении фондов му­ниципальных облигаций определенно есть что-то не­случайное.

—  Как вы воспользовались этой неслучайностью?

— Наилучшим оказался самый простой подход. Мы назвали его правилом «одного пенни». Используя дан­ ные за два года, которые нам удалось получить, мы на­ шли, что существовала приблизительно 83-процентная вероятность того, что за любым восходящим или нис­ ходящим днем следует день, когда цена движется в том же направлении. Весной 1980 года, исходя из этого со­ ображения, я начал торговать фондом муниципальных облигаций Fidelity на свой счет.

—  И это сработало?

— Да, это сработало исключительно хорошо.

—  В это почти невозможно поверить. Я знаю, что на рынке облигаций переключение позиции каждый раз, когда дневная цена изменяет свое направление на про­ тивоположное, является разорительной стратегией.

— Возможно и такое. Однако вы должны помнить два аспекта. Первый: при выходе из фонда и входе в фонд не было никаких операционных издержек. Второй: сущес­ твовал, похоже, какой-то процесс сглаживания значе­ ний NAV фонда муниципальных облигаций. Например, примерно в начале 1981 года был трехмесячный период, когда на графике NAV не было ни одного восходящего тика — все дни были или без изменений, или с пониже­ нием, — хотя в то же время облигации, очевидно, имели

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ 315

некоторые дни с повышением. Такое поведение цены было характерно почти для всех фондов муниципаль­ных облигаций.

—  Чем вы можете это объяснить?

— Я не знаю. Может быть, кто-нибудь когда-нибудь сможет это объяснить.

—  Конечно, вы не можете напрямую получать при­ быль во время периодов снижения, поскольку вы, бес­ спорно, не можете открывать короткую позицию по фонду.

— Совершенно верно. Во время этих периодов мы переходим в денежную позицию.

—  С учетом того, что вы могли иметь только длин­ ную или нейтральную позицию, а рынок облигаций падал, могли ли вы все равно делать прибыль?

— Когда я начал в марте 1980 года, NAV фонда со­ ставляла приблизительно 10,5 доллара. До конца 1981 года NAV последовательно уменьшалась, дойдя до уров­ ня 5,65 доллара — т. е. падение составило почти 50%. Тем не менее, используя указанный выше метод, я смог достичь прибыли более 20% в год, не считая процент­ ного дохода, который составил дополнительные 10%. Шансы казались настолько благоприятными, что я на­ чал серьезно подумывать о том, чтобы привлечь в тор­ говлю больше средств. В результате за три года мне уда­ лось получить четыре кредита под залог недвижимости, что я смог сделать благодаря тому, что цены на жилье на северо-востоке росли очень быстро.

—  А вы не боялись этого делать?

— Нет, потому что обстоятельства были очень благо­ приятны. Конечно, мне пришлось бороться с общепри­ нятыми представлениями. Если вы говорите кому-то, что берете кредит под залог дома, чтобы поторговать на эти

316_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

деньги, реакция вряд ли будет в вашу пользу. Через неко­торое время я просто перестал упоминать об этой детали.

—  Если для того, чтобы получить сигнал, вам требу­ ется всего однодневное изменение в направлении NAV, дело выглядит так, что вам приходится переключаться в течение года бесчисленное количество раз.

— Собственно говоря, дело свелось лишь к 20-30 ра­ зам за год, потому что тренды были очень последова­ тельными.

—  А разве нет никакого ограничения на число пере­ ходов из фонда в фонд? Даже 20-30 раз за год кажется большой цифрой.

— Руководящим принципом Fidelity является четы­ ре перехода за год, но они не навязывают это правило. Я даже поговорил с ними о таком чрезмерном переклю­ чении, и они сказали: «Просто не нарушайте это прави­ ло слишком часто». Я спросил: «А что, если я буду делать двадцать или тридцать сделок в год?» В ответ я услышал: «Ну, просто не рассказывайте об этом слишком мно­ гим». У меня сложилось впечатление, что это правило было введено там скорее как мера предосторожности, но они не придавали ему особого значения — по крайней мере, в начале.

По мере того, как протекали годы, я время от време­ни получал письмо от Fidelity со словами: «Мы обратили внимание, что вы переключаетесь более четырех раз в год, и надеемся, что вы будете соблюдать наши руково­дящие принципы».

—  И вы просто игнорировали эти письма?

— Нет. Я, скажем, использовал для четырех сделок фонд муниципальных облигаций, затем для четырех сделок — фонд высокодоходных муниципальных обли­ гаций, затем для четырех сделок — фонд среднесрочных муниципальных облигаций и т. д.

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ 317

Таким образом, технически вы соблюдали прави­ ло четырех сделок в год, вы просто переключались на другие фонды.

— Совершенно верно.

Насколько я понимаю, сегодня NAV должна из­ менять направление гораздо чаще?

— Верно. Следующий шаг в моем развитии как трей­ дера наступил, когда эта закономерность начала исче­ зать — как, впрочем, это случается с большинством по­ добных вещей.

То есть вероятность изменения цены в том же направлении, что и в предыдущий день, стала умень­ шаться?

— До некоторой степени, но, что более важно, ста­ ла исчезать высокая волатильность. В период с 1979 до начала 1984 года волатильность у этих фондов состав­ ляла в среднем приблизительно от одной четвертой до половины процента в день. Однако потом дневная во­ латильность упала до всего лишь примерно одной-двух десятых процента. Кроме того, постоянство ценовых трендов (то есть вероятность движения в направлении предыдущего дня) упало с 80% до менее 70%.

Что произошло, когда надежность продолжения тренда и волатильность фондов облигаций начали быстро уменьшаться? Сохранилась ли прибыльность этого метода?

— Да, но потенциальная годовая прибыль фондов му­ ниципальных облигаций стала составлять примерно 20%.

И этого было недостаточно?

— Я хотел найти что-то получше. Я думал, что если смог найти прибыльные неэффективности на рынке фондов муниципальных облигаций, вполне допустимо, что подобные возможности можно было найти на рынке

318_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

фондов акций. С осени 1984 года до весны 1985 я прак­тически жил в местной библиотеке, извлекая из маши­ны для просмотра микрофильмов многолетние данные по сотням взаимных фондов. Я искал еще одну иголку в стоге сена.

Я нашел, что в фондах акций встречались пригодные для торговли закономерности, но перспектива получе­ния прибыли составляла лишь 20-25% в год. Даже при более высокой волатильности постоянства трендов це­ны на уровне порядка 60% просто не было достаточно. Во время этих исследований я игнорировал секторные фонды Fidelity, потому что они брали за каждый пере­ход по 50 долларов. Я не видел причины платить этот сбор, когда было столь много фондов, позволявших осу­ществлять переход из фонда в фонд бесплатно.

Открытию способствовали две идеи. Во-первых, я обнаружил, что фонды биржевых товаров (таких, как золото или нефть), работали лучше, чем фонды с более широкой базой. Во-вторых, в другом исследовании я нашел, что индексы технологических, нефтяных компа­ний и компаний коммунального обслуживания изменя­лись значительно менее хаотично, чем индексы общего рынка. Я вновь вернулся к изучению секторных фондов и был поражен тем, что обнаружил. Я просто не мог по­верить, что игнорировал секторы во время своих более ранних исследований. Я их почти упустил.

—  Что же вы нашли?

— Вообще говоря, я нашел, что изменение цены боль­ шее, чем среднедневное изменение цены в данном секто­ ре, давало на следующий день вероятность продолжения движения в том же направлении где-то между 70 и 82 процентами. Это открытие было в высшей степени вол­ нующим из-за волатильности этих секторов. Например, группа биотехнологических компаний колебалась в сред­ нем на 0,8% в день, а сектор золота — в среднем на 1,2% в день. Сравните это с волатильностью фондов муници-

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ 319

пальных облигаций, которая в то время уменьшилась до жалких 0,1-0,2%. Таким образом, я мог применить те же шансы на выигрыш к рынкам, которые предлагали по­тенциал прибыли более чем в пять раз больше.

И последним приятным фактом было то, что сектор­ные фонды допускали неограниченное число переходов в год, в отличие от применявшегося в большинстве дру­гих фондов лимита на четыре перехода. Вы могли пере­ключаться хоть сто раз в год, если согласны были пла­тить за каждую операцию сбор по 50 долларов.

—  Почему, по вашему мнению, секторы оказались такими подходящими для торговли?

— Это мой любимый вопрос. Не просто потому, что я думаю, что знаю ответ, но и потому, что я пока не встре­ чал математического объяснения в других источниках.

Исследуя поведение цен отдельных акций, я обнару­жил, что значительные изменения дневной цены имеют примерно 55-процентную вероятность продолжения движения в том же направлении на следующий день. После учета комиссионных и спрэдов между ценами по­купки и продажи это не дает достаточного вероятност­ного преимущества для успешной торговли.

А теперь в качестве аналогии предположим, что у вас есть кучка монет, и каждая из них имеет 55-процентную вероятность упасть орлом вверх. Если вы подбросите одну монету, то вероятность выпадения орла составля­ет 55%. Если вы подбросите 9 монет, вероятность полу­чения больше орлов, чем решек, увеличивается до 62%. А если вы подбросите 99 монет, то вероятность полу­чения большего числа орлов, чем решек, возрастает до примерно 75%. Это свойство биномиального распреде­ления вероятности.

Аналогичным образом предположим, что у вас 99 акций химических компаний, которые в среднем повышаются на 1-2% в день, в то время как общий рынок не меняется. На очень коротких временных интервалах эта гомогенная

320_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

группа акций начинает вести себя как стая рыб. В то время как шансы роста акций одной химической компании за­втра могут составлять 55%, шансы повышения всей груп­пы химических компаний гораздо ближе к 75%.

—  Я полагаю, что эта модель не распространяет­ ся на широкий фондовый рынок. Иными словами, как только вы выходите за пределы данного сектора, включение большого числа акций может только сни­ жать вероятность того, что на следующий день индекс продолжит свой тренд.

—  Ключевым ингредиентом здесь является то, чтобы акции, составляющие индексы или сектор, были одно­ родными. Например, фонд досуга Fidelity, бывший в то время наименее однородным сектором и включавший такие разные компании, как Budweiser, Pan Am и Holiday Inn, был также наименее стабильным из всех секторов. И наоборот, ссудно-сберегательные и биотехнологичес­ кие фонды, бывшие более однородными, демонстриро­ вали более стабильные тренды.

—  Как вы предсказывали направление изменений дневной цены секторных фондов для того, чтобы ввес­ ти ордер на переключение в денежный рынок? Или же вы просто вводили ордер с опозданием на один день?

—  Я обнаружил, что могу использовать выборку из 10-20 акций каждого сектора и получать очень хорошее представление о том, где в тот день закроется сектор. Это наблюдение позволяло мне опережать сигнал на один день, что оказалось критически важным, ибо мои иссле­ дования продемонстрировали, что средняя длительность такой сделки составляет всего лишь 2-3 дня, причем при­ мерно 50% прибыли приходится на первый день.

—  Как вы выбирали акции для выборки?

—  Сначала я использовал акции Fidelity для этого сектора, указываемые в их квартальных отчетах.

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА_______________________ 321

—  Полагаю, что состав этих акций в секторе менял­ ся недостаточно часто для того, чтобы служить адек­ ватной оценкой.

—  Собственно говоря, впоследствии оказалось, что эта процедура не так важна, как я думал. Можно исполь­ зовать выборку, состоящую из пятнадцати акций, кото­ рые Fidelity имела в данном секторе, и это дает очень хо­ рошую оценку для данного сектора. С другой стороны, я мог также использовать выборку пятнадцати акций этого сектора, не входящих в портфель Fidelity, и это все равно давало мне очень хорошее представление. До тех пор, пока число акций в моей выборке было достаточ­ но большим относительно общего числа акций данного сектора, особой разницы не было.

—  Какой процент своего счета вы использовали каждый день?

—  100 процентов.

—  В какое количество разных секторов вы могли инвестировать каждый данный день?

—  Я торговал одним сектором за раз.

—  Вы не подумывали о диверсификации капитала путем торговли различными секторами в одно и то же время?

—  Я не большой поклонник диверсификации. Я бы ответил на этот вопрос так: вы можете очень хорошо диверсифицироваться, просто проводя в течение года достаточное число сделок. Если в 70% случаев шансы складываются в вашу пользу, и вы проводите 50 сделок, то очень трудно свести год с убытком.

—  Как вы выбирали сектор для инвестирования в каждый данный день?

—  Представьте себе доску с мигающими лампочка­ ми, по одной для каждого сектора, причем красный свет

322_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

указывает, что нужно ликвидировать или избегать, а зе­леный — что нужно покупать или держать. Я ранжирую секторы на основе комбинации волатильности цены и стабильности трендов. Естественно, я выбираю самую яркую зеленую лампочку, а когда зеленый свет, в конеч­ном счете, меняется на красный, я ищу другой сектор с ярким зеленым светом. Очень часто, однако, все сектора одновременно светятся красным светом.

—  И если горит только красный, вы переходите в де­ нежный рынок?

— Правильно, но каждый день мне нужна всего лишь одна зеленая лампочка, чтобы открыть позицию.

—  Когда вы стали набирать клиентов?

— Большинство моих сегодняшних клиентов начали работать со мной, когда я еще торговал фондами муници­ пальных облигаций. Я пригласил первого клиента в 1982 году. Мне казалось бессмысленным занимать под 15% у Фила Ризутто в The Money Store, когда я мог управлять 100 тыс. долларов клиентских денег, беря на себя 25% прибы­ ли и убытков и фактически занимая 25 тыс. долларов бес­ платно. Поэтому-то я и решил открыть свое предприятие. Но я, однако, не стал погашать второй кредит, потому что хотел использовать для торговли и те деньги. Мне казалось неразумным погашать кредит, по которому я платил 15%, когда я делал на этих деньгах от 35 до 40%.

—  А как вы привлекали клиентов?

—  Все открытые мною счета принадлежали либо друзьям, либо соседям. Например вечером я приглашал соседа выпить пивка и говорил: «Я уже пару лет этим занимаюсь и хотел бы, чтобы ты взглянул на это дело». Некоторые люди вообще не проявляли никакого инте­ реса, а другие интересовались.

Интересно, насколько различными оказываются люди, когда дело доходит до денег. Некоторые вообще ничего не

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ Ш

проверяют и сразу же отдают вам свои деньги. Другие да­же и помыслить не могут, чтобы дать вам десятку, неваж­но, что вы им покажете. Наконец, есть и такие, которые все перепроверяют и задают вам правильные вопросы прежде, чем инвестировать деньги. Все люди относятся к одной из этих трех категорий.

— К какой из этих категорий обычно относятся ва­ ши клиенты? Очевидно, что одна категория отпадает автоматически.

—  Большинство моих клиентов люди думающие, и это мне нравится. Они задают правильные вопросы. Они говорят мне о своем отношении к риску.

—  Насколько велики эти счета?

— Они варьировались от 10 до 100 тыс. долларов.

—  Какую структуру гонораров вы использовали?

— Я брал 25% с прироста капитала. Однако я гаран­ тировал, что возьму на себя также 25% любого убытка. Я также уверял каждого инвестора, что покрою 100% убыт­ ков по его счету в течение первых двенадцати месяцев.

—  Т. е. в случае выигрыша вы получаете в четы­ ре раза меньше, чем теряете в случае проигрыша. Вы должны быть чрезвычайно уверены в себе, чтобы предлагать такую гарантию.

— Я был уверен в вероятности выигрыша после 50 сделок в год.

—  Как долго вы предлагали 100-процентную гаран­ тию по убыткам первого года?

— Я по-прежнему сохраняю это предложение, но за последние пять лет принял всего двух новых клиентов.

—  С учетом ваших результатов, я полагаю, это озна­ чает, что вы больше не открываете новых счетов.

324_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

— Я прекратил открытие новых счетов пять лет на­ зад. Я сделал исключение в этих двух случаях, потому что речь шла об очень близких друзьях.

—  Почему вы прекратили прием новых клиентов? Вы что, почувствовали, что существуют некоторые ог­ раничения по сумме денег, которой вы можете управ­ лять без отрицательного влияния на результаты?

— Дело не в ограниченности количества денег, с ко­ торым я могу справляться, а скорее в ограничении на то, сколько денег могут принимать фонды, которыми я торгую. Я очень чувствительно отношусь к любому потенциальному влиянию, которое могу оказывать на управляющего фондом или на других акционеров, не столь активно торгующих, как я. Я предпочитаю огра­ ничивать сумму перемещаемых денег лишь парой мил­ лионов долларов в фонде, состоящем из нескольких сотен миллионов, так, чтобы влияние мое было мини­ мальным. Кроме того, я заметил, что когда размещаю свои ордера, мне часто говорят: «Вы выходите? Сегодня мы получаем большинство звонков от людей, которые покупают».

—  О чем вам это говорит?

— Это говорит мне, что я веду себя прямо противо­ положно большинству денег, которые вливаются в фон­ ды и выходят из них, следовательно, влияние моих дейс­ твий невелико. Мне также говорили сотрудники фон­ дов, что большинство людей, занимающихся частым перенесением своих средств, в конце концов, достигают худших результатов, чем если бы они вообще ничего не трогали.

—  Значит, вы решили ограничиться определенной суммой, чтобы не раскачивать лодку?

—  Самым важным фактором здесь является мой риск. То, что я беру на себя 25% и прибылей, и убытков,

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ 325

является точным эквивалентом левериджа. Но я сначала не понимал до конца психологической важности подде­ржания стабильного соотношения между деньгами кли­ентов и моим собственным капиталом. Я предпочитаю, чтобы это соотношение (или леверидж) с течением вре­мени уменьшалось.

Вам когда-нибудь приходилось торговать средс­ твами, превышающими ваш уровень комфорта?

— В 1986 году я очень быстро набирал новые деньги. И вдруг я обнаружил, что все чаще открываю позиции в размере 50% от суммы денежных средств в моем уп­ равлении. Например, загорается зеленый свет, а торгую только 200 тыс. долларов, тогда как общий счет равен 400 тыс. Я думал, бывало: «Завтра мне будет гораздо спокойнее иметь позицию только в 200 тыс. долларов». Скоро я понял, что в результате своей осторожности я наполовину уменьшаю прибыль клиентов. И я решил, что лучшим подходом будет иметь меньше клиентов, но торговать их капиталом полностью.

Когда я впервые уменьшил процентную долю счета, которой торговал, я не понимал мотивов своих дейс­твий. Задним числом я понял, что чувствовал себя не­уютно с таким уровнем риска. Дело было не просто в том, выиграю я или проиграю на следующий день, но также в том, как я себя буду чувствовать до тех пор, пока не будет вынесен вердикт. И я выработал процедуру оп­ределения, как я буду себя чувствовать в зависимости от того, что произойдет на следующий день.

Как выглядит эта процедура?

— Мой подход состоит в противодействии убыткам еще до того, как они происходят. Я репетирую процесс проигрыша. Каждый раз, когда я открываю позицию, я стараюсь представить себе, во что она превратится в слу­ чае наихудшего сценария. Таким образом, я минимизи­ рую свою растерянность и смущение, если такая ситуа-

326_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

ция действительно произойдет. На мой взгляд, убытки являются очень важной частью торговли. Когда случает­ся убыток, я считаю, что следует его приветствовать.

—  Почему?

— Приветствуя убыток, причем я имею в виду на­ стоящие чувства, я стремлюсь достичь меньшего страха перед потенциальным убытком в следующий раз. Если я не смогу преодолеть связанные с убытком эмоции в течение 24-х часов, значит, я торгую слишком боль­ шой позицией или делаю что-то неправильно. Кроме того, процесс репетирования потенциальных убытков и принятия реальных убытков помогает мне потихонь­ ку адаптироваться к повышению уровня риска. Сумма денег, которыми я управляю, растет на 15-20% в год, а это означает, что с такой же скоростью увеличивается денежный риск, на который я иду. Лучше всего я могу справиться с этой реальностью, стремясь прочувство­ вать риск на каждом уровне.

 

—  Как получается, что управляемая вами сумма растет лишь на 15-20% в год, в то время как норма при­ были у вас более чем вдвое превышает эту величину?

— Еще 2—3 года назад рост величины активов в уп­ равлении в среднем составлял 50%, но недавно я попы­ тался ограничить его. Помогает несколько то, что те­ перь каждый год клиентами снимается больше денег на выплату моих комиссий, подоходных налогов и оплату других счетов. Кроме того, я поощряю уменьшение чис­ ла счетов, и я попросил нескольких клиентов, имевших много счетов, закрыть один.

—  Есть ли какие-нибудь клиенты, от которых вы из­ бавились полностью?

— Одним из моих клиентов стал человек, которого я не знал лично. Он открыл у меня счет по рекомен­ дации другого клиента. Деньги, которые он инвести-

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА_______________________ 327

ровал, были наследством, полученным его женой, и он очень нервничал по поводу этого счета. Худшей ситуации для начала и представить себе нельзя. Была осень 1985 года, и я провел две ужасных убыточных сделки в секторе здравоохранения. Я открыл первую сделку в тот день, когда промышленно развитые стра­ны объявили о плане по ослаблению доллара. Доллар рухнул, и акции фармацевтических компаний взле­тели вверх. На следующий день все заговорили, что план этот не сработает, доллар восстановился, фар­мацевтические акции рухнули, и я вылетел с рынка с большим убытком. Всего лишь через неделю я снова обратился к сектору здравоохранения. На следующий день Hospital Corporation of America сообщила об уди­вительно плохой прибыли, и этот сектор снова очень сильно пострадал.

— Какой ущерб нанесли эти сделки?

—  Примерно 2-3% каждая. Короче говоря, клиент этот очень нервничал из-за своей инвестиции. Его счет уменьшился с 70 тыс. долларов до примерно 67 тыс. Я сказал ему: «Не волнуйтесь, я покрою 100% ваших убытков». Я пошел в банк и послал ему чек на 3 тыс. долларов. Я сказал: «Если в течение двух недель мы по­ теряем 3 тыс. долларов, я пошлю вам другой чек. Просто подержите у себя этот чек, он не хуже денег».

—  Обычно вы ведь не подводите баланс до конца года, правильно?

—  Все верно, но этот парень так нервничал, что я хо­ тел, чтобы у него всегда были его 70 тыс. долларов. При­ мерно через месяц его счет уже значительно перерос 70 тыс. Должен признать, я поинтересовался, обналичил ли он этот чек, и оказалось, что да. Через год или два, когда я сокращал число клиентов, он был первым кандидатом на выбывание, потому что его действия указывали на отсутствие доверия.

328_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ ИГРОКИ

—  Как вы думаете, почему Fidelity перешла от поли­ тики фактического поощрения переключений между ее секторными фондами к введению настолько жесто­ ких ограничений, что активное переключение стало практически невозможным?

— Я думаю, они решили, что прибыль, получаемая некоторыми таймерами рынка, уходит из карманов их акционеров. Должен признать, однако, что прибыль эта создается в основном неудачливыми таймерами рынка.

Примером отношения Fidelity к таймингу рынка была их реакция на статью в Wall Street Journal в начале 1989 го­да, в которой упоминались мои достижения и то, что я тор­говал секторными фондами Fidelity. Через два дня после появления статьи я позвонил, чтобы разместить ордер, и мне сказали: «Мне очень жаль, мистер Блейк, но лимит для часовых инвестиций в сектор энергетических компаний был понижен до 100 тыс. долларов» (ранее существовал лимит в размере 1% активов фонда, т. е. примерно 500 тыс. долларов). Я подозреваю, что они проверили и нашли, что энергетические компании были сектором, которым я тор­говал исключительно для полудюжины клиентов, и что я добился там очень неплохих результатов.

—  Почему вы использовали этот фонд более ак­ тивно?

— Потому что энергетические компании имели на­ иболее надежную закономерность из всех, что мне уда­ валось когда-либо найти. Примерно через год после того, как в 1986 году Fidelity ввела в секторных фондах почасовое ценообразование, я обнаружил, что энерге­ тические компании имели исключительно сильную тен­ денцию торговаться в начале дня вблизи своих дневных минимумов. Когда я впервые проанализировал часовые данные, я нашел, что существовала 90-95-процентная вероятность получения прибыли путем простой покуп­ ки акций этого фонда для различных клиентов в 10, 11 и 12 часов, а затем продажи на закрытии. Весьма заме-

ДЖИЛ БЛЕЙК. МАСТЕР ПОСТОЯНСТВА______________________________ 329

чательно, что эта исключительно высокая вероятность сохранялась в течение того одного года или двух лет, что я торговал этим фондом.

—  Удивительно, что такая простая закономерность смогла продержаться с таким постоянством. Существу­ ет ли она сегодня?

—  Возможно, но теперь она представляет малую цен­ ность. В ноябре 1989 года Fidelity начала взимать сбор в размере 0,75% со сделок, длящихся менее 30 дней.

—  Полагаю, что управление фондами занимает лишь небольшую часть вашего дня.

—  Крошечную часть. Большую часть дня я провожу, исследуя новые методы.

—  Вы находите новые стратегии, которые лучше тех, что вы используете, и соответственно изменяете свой подход?

—  Да, постоянно.

—  Вероятно, коль скоро вы не можете использовать все сразу, у вас, должно быть, существует в запасе мно­ жество жизнеспособных методов, которые вы пока не используете.

—  Совершенно верно.

—  Следуете ли вы торговым сигналам без исключе­ ния? Или же иногда отходите от чисто механического подхода?

—  Для меня очень важно сохранять лояльность сис­ теме. Если я этого не делаю, что время от времени про­ исходит, тогда вне зависимости от того, выиграл я или проиграл, я совершаю ошибку. Обычно я помню такие случаи годами.

Однако сомнение в сделке не является нелояльным. Иногда, опираясь на предыдущий опыт, я вижу, что

330_______________________________ УПРАВЛЯЮЩИЕ ФОНДАМИ И ТАКТИЧЕСКИЕ

 

12