ГоловнаЗворотній зв'язок

Новые маги рынка

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ

МУЗЫКА РЫНКОВ

Л

инда Брэдфорд Рашке (Linda Bradford Raschke) на­столько серьезно относится к торговле, что торго­вала прямо до последнего дня беременности. «Но вы не торговали во время самих родов?» — спросил я ее по­лушутя. «Нет, конечно, — сказала она, — но, с другой стороны, время было четыре утра, и рынки не работали. Я, однако, совершила сделку примерно через три часа после того, как родила свою дочку. Это была короткая позиция по каким-то валютным контрактам, истекав­шим в тот день. Сделка казалась такой хорошей, что я не смогла заставить себя отказаться от возможности пе­ревести позицию на следующий контрактный месяц». Как я говорил, Линда Рашке относится к торговле очень серьезно.

Рашке с раннего возраста знала, что хочет заниматься рынками. Когда после окончания колледжа она не смог­ла получить работу фондового брокера, то завела себе привычку каждое утро перед работой проводить в тор­говом зале Тихоокеанской фондовой биржи. Хотя дви­жущей силой этих ежедневных визитов в операционный зал биржи было ее восхищение рынками, привычка эта, в конечном счете, привела к появлению возможности для нее стать трейдером. Один из биржевых трейдеров познакомился с Рашке и научил ее основам торговли

392______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

опционами. Пораженный энтузиазмом Рашке и ее спо­собностью быстро схватывать рыночные концепции, он передал ей в управление немного собственных денег.

Рашке проработала трейдером операционного зала шесть лет, сначала на Тихоокеанской фондовой бирже, а потом на Филадельфийской фондовой бирже. За ис­ключением одного катастрофического события в начале своей торговой карьеры, Рашке стабильно делала деньги, когда была трейдером операционного зала.

В конце 1986 года, когда травмы, полученные в ре­зультате несчастного случая, заставили Рашке торговать из офиса, она поняла, что торговать вне зала ей нравится больше. После этого она оборудовала торговый кабинет дома. Хотя многие трейдеры операционного зала, пы­тающиеся перебраться работать в офис, сталкиваются в первый год после такой перемены с множеством трудно­стей, первый год Рашке вне операционного зала оказал­ся на самом деле ее наилучшим годом. Но и в последу­ющие годы она продолжала оставаться последовательно прибыльным трейдером.

Когда я познакомился с Линдой Рашке, меня порази­ла ее кипучая энергия. Я был потрясен, когда она сказала мне, что страдает от синдрома Эпштейна-Барра — бо­лезни, главный симптом которой выражается как раз в хронической потере энергии. «Вы, конечно, не знаете, — сказала она, — что большую часть предыдущих четырех дней я провела, отдыхая, чтобы накопить достаточно энергии на эту поездку». (Хотя для проведения этого интервью я предложил приехать к ней домой, Рашке на­шла предлог, чтобы совершить однодневную поездку в Нью-Йорк.) Тем не менее, несмотря на ее болезнь, слож­но себе представить более энергичного человека.

Рашке считает, что заболела из-за того, что заставляла себя слишком много работать — одновременно торгуя полный день, занимаясь ребенком, присматривая за ра­бочими, переделывавшими ее дом, и активно занимаясь своим хобби — тренировкой лошадей и верховой ездой.

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________ 393

Рашке даже удается шутить над своей болезнью. «Я ду­маю, что она принесла мне огромную пользу, — объясня­ет она. Вместо того, чтобы пытаться пережить все до того, как мне исполнится тридцать пять, я теперь понимаю, что в возрасте тридцати трех лет я все еще молода, и впереди у меня много лет, полных замечательных возможностей».

Первые несколько часов интервью прошли в моем офисе. Затем мы продолжили разговор в местном ресто­ранчике на Уолл-стрит. Я все время поглядывал на часы и старался закруглить наш разговор до окончания обе­да, потому что знал, что если она пропустит свой сле­дующий автобус, ей придется ждать четыре часа. Хотя Рашке выглядела расслабленной и не обеспокоенной, я не хотел, чтобы из-за меня она застряла на столь дли­тельное время на автовокзале в Порт-Аторити. На свете найдется немало мест, где можно провести четыре часа с большим удовольствием (турецкая тюрьма, например).

—  Когда вы впервые столкнулись с рынками?

—  Мой отец обожал торговать на рынках, хотя денег на них сделать не смог. Как самая старшая из четырех детей, я должна была помогать ему перелистывать со­ тни графиков акций, разыскивая какие-то особые типы фигур. Мое первое настоящее знакомство с рынками произошло, когда я училась в колледже Оксидентал. Там была программа, для которой каждый год отбирались десять студентов, управлявших трастом, созданным не­ ким анонимным донором.

—  Что вы знали о рынках в то время?

—  Немногое. Мы принимали решения, основываясь почти исключительно на фундаментальных факторах. Идею мог предложить любой член группы, и она осу­ ществлялась, если ее одобряло большинство.

—  Что вы вынесли из этого опыта?

—  Я просто узнала, что все это ужасно интересно.

394______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

—  Удалось ли вам получить работу, связанную с рынками, после окончания колледжа?

—  Окончив колледж, я поехала в Сан-Франциско и попыталась найти работу фондового брокера. Я, навер­ ное, обратилась во все брокерские фирмы этого города, и все они от меня отказались. Они не воспринимали меня всерьез. Для них я была просто молоденькой выпуск­ ницей колледжа. И мне все время говорили зайти через 4-5 лет. В конце концов мне удалось получить работу финансового аналитика в компании Crown Zellerbach, торгующей бумагой.

Судьбе было угодно, чтобы работа эта оказалась все­го в двух кварталах от Тихоокеанской фондовой биржи. Поскольку на работу мне нужно было только к 8:30, а биржа открывалась в 7:30, я начала проводить первый час каждого дня на бирже.

—  Что вы там делали?

—  Я просто смотрела, что происходит. Через некоторое время люди стали меня замечать, и некоторые даже от­ влекались от своих дел, чтобы объяснить мне что-нибудь. Один трейдер рассказал мне о ценообразовании опционов, и я подумала: «Бог ты мой! Ведь я могла бы этим занимать­ ся!» Это не казалось чем-то очень уж сложным. Дело в том, что как только вы попадаете в операционный зал биржи, вы узнаете, что трейдеры там имеют самое разное проис­ хождение. Вам вовсе не нужно быть высокообразованным ученым, чтобы стать трейдером. Собственно говоря, одни из лучших трейдеров, с которыми я познакомилась в опе­ рационном зале, были просто пляжными бездельниками. Формальное образование, похоже, не имело ничего обще­ го с навыками человека как трейдера.

—  Как произошло ваше превращение из наблюда­ теля в участника?

—  Человек, объяснивший мне основы опционных рынков, подумал, что из меня может получиться хоро-

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________________ 395

ший трейдер, и дал мне денег. В то время я как раз пода­ла заявление в аспирантуру, чтобы получить МВА. И я подумала про себя: «Я могу или пойти на экономичес­кий факультет зарабатывать себе МВА, или торговать в операционном зале фондовой биржи — так чем же я хочу заниматься?» Решение было несложным.

—  Почему он захотел поддержать вас как трейдера?

— Те люди, которых я уже потом сама учила или фи­ нансировала, всегда производили на меня впечатление своим уровнем заинтересованности. Если кто-то испы­ тывает к чему-то достаточно сильный интерес или стрем­ ление, он обычно преодолевает все препятствия. Я думаю, что на него произвел впечатление мой интерес к рынкам.

—  Сколько денег он вам дал?

— В соответствии со стандартной процедурой фи­ нансирования одними трейдерами других мы создали товарищество, в котором я была генеральным партне­ ром, а он был партнером с ограниченной ответствен­ ностью. Он внес 25 тыс. долларов, и наше соглашение предусматривало раздел прибыли поровну.

—  Как вы принимали свои торговые решения?

— Я просто покупала опционы, которые казались не­ дооцененными, или продавала опционы, которые каза­ лись переоцененными, и хеджировала эти позиции дру­ гими опционами или акциями.

—  А вам, как новичку, не было трудно конкури­ ровать с более опытными брокерами, пытающимися проводить такие же сделки?

— Нет, в начале 1980-х годов рынок опционов был невероятно неэффективным. Для того чтобы делать де­ ньги, совсем не нужно было иметь IQ выше 100. Прора­ ботав лишь три месяца, я сделала примерно 25 тыс. дол­ ларов.

3%______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

Примерно в то же время я занялась продажей колл-опционов на Cities Service, потому что эти опционы были переоценены. Почему они были переоценены? Потому что эта компания была кандидатом на поглощение.

—  Вы знали об этом в то время?

—  Конечно.

—  Но вы знали, как учесть эту ситуацию в цене?

—  Я думала, что знала. В то время акция торговалась по 32 доллара. С учетом цен, по которым я могла про­ дать опционы, я знала, что у меня не будет проблем до тех пор, пока цена акции не уйдет выше 55 долларов. К сожалению, о поглощении было объявлено во второй половине дня накануне истечения опционов, и акции подскочили с примерно 34 долларов до 65. Так я неждан­ но-негаданно узнала, как можно за ночь потерять 80 тыс. долларов.

—  То есть вы сразу же потеряли всю свою прибыль и весь первоначальный капитал, да еще к тому же ока­ зались должны 30 тыс. долларов. Кто должен был пок­ рыть этот дефицит?

—  Я, потому что я была генеральным партнером.

—  Вы помните, что вы чувствовали в то время?

—  Эмоционально все было не так уж плохо, потому что я видела, как другие трейдеры теряли гораздо больше в ситуациях, когда неожиданно происходил захват ком­ пании. Они смогли выжить, даже понеся убытки в не­ сколько миллионов долларов. По сравнению с ними мое положение было не таким уж чрезвычайным. Кроме того, я понимала, что в любом бизнесе, где можно быстро поте­ рять деньги, вы также можете быстро их вернуть.

—  Выглядит так, как будто вы могли так вот просто от этого отмахнуться.

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________________ 397

—  Я не хотела бы, чтобы это выглядело как какое- то пустяковое переживание, потому что было очень страшно оказаться с горой долгов в возрасте двадцати двух лет. Более того, в то время у меня был еще долг в 10 тыс. долларов, оставшийся от займов на учебу в кол­ ледже. К счастью, я смогла найти другого человека, ко­ торый меня профинансировал, и все получилось просто замечательно. Этот опыт дал мне уверенность в том, что я смогу справиться с любой ситуацией, которая может возникнуть в будущем.

—  Как шли ваши дела после этого события?

—  Я стабильно делала деньги.

—  Что заставило вас отказаться от торговли в опе­ рационном зале и перейти к торговле из офиса?

—  В конце 1986 года, катаясь на лошади, я получила тяжелую травму. У меня были сломаны ребра, пробито легкое и вывихнуто плечо. Мне было очень больно сто­ ять в операционном зале на своих двоих. Впервые мне пришлось сидеть наверху и торговать через электрон­ ную систему. И вдруг я поняла, что это замечательно! Ведь в одно и то же время я могла видеть множество индикаторов и следить за разными рынками. Со време­ нем я разработала свой собственный торговый стиль для фьючерсов на S&P 500.

—  Что представляет собой ваш торговый стиль?

—  Моя ниша — краткосрочная торговля, и имен­ но так я зарабатываю себе на хлеб с маслом. Время от времени я провожу долгосрочные сделки, которые являются приятным дополнением. Я считаю, что с не­ которой долей точности можно предсказывать лишь краткосрочные колебания цены. Точность в предска­ зании значительно снижается по мере того, как увели­ чивается время прогноза. Я — убежденная сторонница теории хаоса.

398______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

(Концептуальная суть теории хаоса состоит в том, что у апериодических систем — т. е. систем, которые никогда себя точно не повторяют и поэтому никогда не находят­ся в стабильном состоянии, например, таких как погода или рынки — незначительные изменения начальных па­раметров могут приводить к огромным последствиям. Техническое название этого феномена — чувствитель­ной зависимости от первоначальных условий — стало более известно как «эффект бабочки». Джеймс Глейк так описал это в своей замечательной книге «Хаос: со­здание новой науки» (James Gleick, Chaos: Making a New Science): «Для погоды, например, это означает ситуацию, которую полушутя называют «эффектом бабочки» — а именно ситуацию, при которой колебания воздуха, про­изводимые крыльями бабочки сегодня в Пекине, через месяц могут превратиться в бурю в Нью-Йорке».)

Слишком много непредсказуемых вещей может про­изойти в течение двух месяцев. По мне, идеальная сдел­ка длится 10 дней, но я подхожу к каждой позиции так, как будто собираюсь держать ее всего 2-3 дня.

Я также твердо верю в возможность предсказания на­правления цены, но не величины самого движения. Я не устанавливаю ценовые цели. Я выхожу с рынка, когда его поведение говорит мне, что пора выходить, а не ос­новываясь на каких-то соображениях относительно того, насколько сильно изменилась цена в определенном на­правлении. Вы должны быть готовы брать то, что рынок дает вам. Если он дает вам не слишком много, нужно не колеблясь выходить с небольшой прибылью.

Я вкладываю много усилий в то, чтобы получать на­илучшую цену входа. Я считаю, что это, пожалуй, один из наиболее сильных моих навыков. В условиях внут­ридневной торговли хорошая цена входа критически важна, потому что она выигрывает вам время для того, чтобы посмотреть, как отреагирует рынок. Если вы по­купаете потому, что считаете, что рынок должен подско­чить вверх, а он стоит на месте, вам лучше выйти. Час-

ЛИНДА БРЗДФОРД PAIUKE. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________ 399

тью торгового процесса является «проба рынка». Если расчет времени входа достаточно хорош, вы не потеряе­те много, даже когда неправы.

Иногда лучшие сделки происходят, когда все осталь­ные участники рынка впадают в панику. Толпа может вести себя на рынках очень глупо. Вы можете видеть, как цена колеблется вокруг равновесного уровня, прямо как растягиваемый кусок резины — если потянуть слишком сильно, он неизбежно отскочит назад. Будучи краткос­рочным трейдером, я стараюсь ждать до тех пор, пока резина не растягивается до самой крайней точки.

—  Как вы определяете, когда рынок достигает такой крайней точки?

—  Одной из моих любимых закономерностей явля­ ется тенденция рынков каждые 2—4 дня перемещаться от относительных минимумов до относительных макси­ мумов и наоборот. Эта фигура является функцией че­ ловеческого поведения. Рынку требуется несколько дней роста, чтобы рост этот стал выглядеть по-настоящему привлекательным. Именно тогда все хотят покупать, и именно тогда профессионалы, подобные мне, продают. Наоборот, когда рынок в течение нескольких дней опус­ кается, и все пронизываются медвежьими настроения­ ми, наступает то время, когда я предпочитаю покупать.

Я также отслеживаю различные индикаторы. Я не ду­маю, что так уж важен выбор каких-то конкретных инди­каторов, при условии, что вы хорошо умеете интерпре­тировать те индикаторы, которые используете. Лично я уделяю пристальное внимание тикам (разница между числом выпусков акций, имевших последний восходя­щий тик, и теми, которые имели последний нисходя­щий тик), TRIN (параметр, сравнивающий цену и объем повышающихся акций с соответствующими данными для понижающихся акций) и премиям по фьючерсам (премия или дисконт фьючерсов на фондовые индексы к теоретически эквивалентной цене наличного индекса).

400_____________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

Например, если тик находится на крайнем уровне и па­ дает 480, -485, -490, -495 — и затем останавливает­ ся ---- 495, -495, -495 — и другие индикаторы, которые

я наблюдаю, также показывают перепроданность, я не­редко покупаю рынок. Иногда, используя этот метод, я даже покупаю самый низкий тик дня.

Я совершенно не боюсь покупать на падениях или продавать на росте. Конечно, иной раз бывает так, что рынок продолжает двигаться в прежнем направлении, и я сразу же теряю на S&P 500 целый пункт или более. Однако после этого рынок нередко отскакивает назад достаточно, чтобы я могла выйти практически без по­терь. Вероятно, моим главным правилом является сле­дующее: не пытайся сделать прибыль на плохой сделке, просто старайся найти наилучшее место для выхода.

—То есть когда у вас плохая сделка, вы не отказыва­етесь от нее немедленно.

—  Совершенно верно. Я нахожу, что обычно могу выйти по лучшей цене, если проявлю немного терпе­ ния, поскольку причина, по которой я открыла сделку изначально, заключалась в том, что рынок был настоль­ ко смещен с точки равновесия, что обратное движение казалось неизбежным. Если я выхожу с рынка, мне легко на него вернуться. Если во второй раз приходится поку­ пать по более высокой цене, я просто рассматриваю это как совершенно новую сделку.

—  Когда вы создали свой домашний торговый офис?

—  Примерно через три месяца после того, как ушла из операционного зала.

—  После того, как вы провели несколько лет в опе­ рационном зале в окружении людей, не было ли вам трудно приспособиться к изоляции при торговле из дома?

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________ 401

— В течение первых четырех лет работа вне операци­ онного зала была делом просто замечательным — никто тебя не отвлекает и не мешает своими мнениями. Но в последний год эта изоляция стала по-настоящему меня беспокоить. Мне стало одиноко. Я попыталась в течение дня разговаривать с другими трейдерами по телефону, но увидела, что это отвлекает меня и снижает произ­ водительность. Я также попыталась создать торговый офис вместе с другим трейдером, что какое-то время было очень здорово — до тех пор, пока он не уехал, что­ бы открыть торговую фирму в Нью-Йорке. Я попыта­ лась нанять помощника, но это не помогло мне улуч­ шить результаты.

Теперь я стараюсь справляться с изоляцией, пла­нируя проекты вне рамок торгового дня с тем, чтобы участвовать в жизни внешнего мира. Я являюсь членом Ассоциации технических аналитиков рынка и стараюсь посещать каждое ее собрание. Я также работаю с про­граммистом по разработке нейросетевых торговых ин­дикаторов, которые я теперь использую как инструмент для рынка. (Ключевой характеристикой нейросетевых программ является то, что они не статичны, наоборот, они развиваются по мере того, как «учатся» на данных.) Этот проект привел также к множеству телефонных раз­говоров с другими людьми в различных уголках страны, работающими над применением нейросетей в торговле.

Я признаю тот факт, что изоляция стала проблемой, и продолжаю пытаться найти различные решения. Я думаю, что, в конце концов, снова вернусь к идее совместного ис­пользования офиса вместе с одним-двумя трейдерами.

—  Поскольку вы начинали как трейдер фьючерсов на фондовые индексы, мне любопытно узнать, как вы пережили невероятный крах октября 1987 года?

—  По иронии судьбы, я прекратила торговать при­ мерно за месяц до краха. У меня к тому моменту был фе­ номенально хороший год, я сделала более полумиллиона

402______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

долларов, что почти вдвое превышало достижения пре­дыдущего года. Я поверить не могла, до чего же хорошо шли мои дела. Я смогла поймать все главные колебания рынка. У меня было чувство, что все было слишком хо­рошо, и мне не следует больше испытывать судьбу. Од­новременно у меня появилась возможность поучиться у тренера лошадей, с которым я работала. Я решила, что будет неплохо сделать перерыв в торговле.

—  Значит, вы не работали на рынке в то время, ког­ да произошел крах октября 1987 года?

—  Не совсем. В начале той недели у меня не было от­ крытых позиций. Однако в течение периода, когда я пре­ кратила торговать, я каждое утро звонила мужу (он ра­ ботает маркет-мейкером на Филадельфийской фондовой бирже), чтобы узнать, что происходит на рынках. Когда в то утро я позвонила ему из конюшни, он сказал: «Тебе лучше вернуться домой и посмотреть, что происходит. Все мировые рынки обрушились и, похоже, Доу-Джонс откроется с понижением на 200 пунктов!» Когда я услыша­ ла об этом, то подумала про себя: «Но это же замечатель­ но, это возможность для покупки, которую я так ждала». Я примчалась домой и включила новости. Все говорили о панике, панике, панике. И я, глупая старая контрарианка, подумала: «Потрясающе! Посмотрим, на какой глубине мы сможем вскрыть рынок». Как вы помните, в течение всего дня рынок все падал и падал, и мне приходилось си­ лой удерживать себя от покупки. Наконец, в конце дня я уже не могла больше ждать. Я купила один фьючерсный контракт S&P 500. В последний час торгов я продолжала покупать, а рынок все двигался вниз. К концу дня у меня была длинная позиция по десяти контрактам.

—  Когда рынок закрылся, у вас был убыток по ито­ гам дня?

—  Конечно.  Рынок закрылся вблизи  минимумов. Я была в убытке примерно на 100 тыс. долларов.

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________________ 403

—  Это вас беспокоило?

—  Нет, не особенно. Конечно, я немножко пережива­ ла, что у меня не хватило терпения, потому что, если бы я подождала, то смогла бы получить лучшую среднюю цену. Однако я не очень-то была озабочена первона­ чальным убытком по этой позиции. Фьючерсный рынок имел такой огромный дисконт относительно фондового индекса, что я была уверена в том, что на следующий день он откроется с повышением, что и произошло.

—  Вы вышли на более высоком открытии?

—  Я зафиксировала прибыль только по части пози­ ции. Я собиралась подержать часть длинной позиции еще несколько дней. Я подумала, что раз мы наблюдаем такой уровень глупости на рынке, когда люди практи­ чески выбрасывают акции, имеющие реальную стои­ мость, то именно здесь и должна быть точка истощения продажи. Приведу один пример. Помню, когда я впер­ вые вышла в операционный зал Филадельфийской фон­ довой биржи, акции Salomon Brothers продавались по 32 доллара. В конечном счете они повысились до более 60 долларов. А здесь, в день краха, они упали до 22 долла­ ров. Мне казалось смешным, что люди так оценивают эти акции.

—  Судя по вашим словам, вы совершенно отброси­ ли панику, охватившую рынки в ту неделю?

—  Не думаю, что я недооценивала риск сделки, когда купила в день краха те десять фьючерсов S&P. Однако в ретроспективе я, конечно, проявила наивность, веря в то, что рынки, клиринговые фирмы и банки продол­ жат функционировать. Потом, когда я осознала, что если бы Федеральная резервная система вела себя менее агрессивно, то моя клиринговая фирма вместе со мно­ гими другими могла обанкротиться, и при этом пропал бы весь мой капитал, находившийся у них на счете, это меня сильно потрясло.

404_____________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

—  А вы никогда не переживаете, когда терпите убыток?

—  Абсолютно нет. Я никогда не печалилась из-за убытков, потому что всегда знала, что смогу все отыг­ рать. Я всегда знала, что вне зависимости от того, что произойдет, я всегда смогу выйти на любой рынок с лю­ бой суммой денег и заработать себе на жизнь.

—  Не могли бы вы описать ошибки, совершенные вами в торговой карьере, которые послужили вам уроками?

—Моей личной слабостью всегда было преждевремен­ное открытие позиции. Пословица гласит: «Именно пио­неры получают стрелы в спину». И я научилась говорить про себя: «Терпение, терпение, терпение». Теперь я всегда стараюсь дождаться идеального момента для открытия позиции. Затем, когда я готова открыть сделку, то, пре­жде чем снять телефонную трубку, медленно считаю до десяти. Лучше иметь плохую идею и хороший выбор вре­мени, чем правильную идею и плохой выбор времени.

Кроме того, я часто совершала ошибку, участвуя одновременно на слишком многих рынках, что приво­дило к небрежной торговле. Я также нашла, что самые большие убытки приносят самые маленькие позиции, потому что на них как-то не обращаешь внимания. Ес­тественно быть внимательным и осторожным по отно­шению к большой позиции, а что касается маленьких позиций, то очень легко попасть в ловушку пренебре­жения. Понимание этой ловушки заставило меня вести себя с такими позициями более осторожно.

Я понимаю, что я всего лишь человек и всегда буду делать ошибки. Я просто стараюсь делать их не так час­то, понимать их быстрее и исправлять немедленно!

—  Какой процент ваших сделок приносит при­ быль?

—  Примерно 70%.

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________ 405

—  А ваша средняя выигрышная сделка больше, чем средняя проигрышная сделка?

— По краткосрочным сделкам средний выигрыш в пересчете на контракт составляет примерно 450 долла­ ров (эта цифра будет выше, если я включу долгосрочные сделки), а средний убыток составляет чуть больше 200 долларов.

—  Поскольку и процентная доля, и средняя вели­ чина ваших выигрышных сделок превосходят проиг­ рышные сделки с отношением два к одному, похоже, вы завершаете с прибылью каждый месяц.

— Каждый месяц! Моя философия заключается в том, чтобы заканчивать с прибылью каждый день. Конечно, мне не всегда удается достигать этого, но именно такова моя цель. Я заканчиваю с прибылью почти каждую неделю. Помните, что я занимаюсь этим, чтобы зарабатывать себе на жизнь, и использую я свои собственные деньги. Я вы­ соко ценю тот факт, что научилась торговле как ремеслу. И как любое ремесло, как игра на фортепиано, совершенс­ тво может быть неуловимым—я никогда не смогу сыграть вещь идеально, и я никогда не смогу покупать точно на дне и продавать на вершине — но можно достичь некоторого постоянства, если вы практикуетесь каждый день.

—  Насколько я понимаю, отчасти ваши успехи мож­ но объяснить тщательностью, с которой вы следите за рынками. Когда вы ранее описывали свою торговлю, у меня сложилось впечатление, что вы отслеживаете рынок тик за тиком. Насколько я понимаю, такой под­ ход должен ограничивать число рынков, которыми вы торгуете. Сколько рынков вы отслеживаете одновре­ менно?

— По-разному. Я анализирую двадцать рынков. Но одновременно я торгую не более чем на шести рынках. В идеале я хотела бы торговать на каждом рынке каждый день, но я знаю, что это физически невозможно.

406______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

—  А вы не можете обучить помощников, чтобы они применяли вашу методологию на рынках, которые вы не можете контролировать?

— Я пыталась это сделать. Я наняла и учила челове­ ка целый год. Это была во всех отношениях милейшая личность. Любая организация была бы горда иметь его в качестве своего служащего. Он был исключительно тру­ долюбив и лоялен. И у него была прекрасная физическая форма — он хорошо питался и каждый день занимался каратэ. В эмоциональном отношении он был настолько уравновешен, что я никогда не видела, чтобы он на кого- то рассердился.

Я вложила в его подготовку много времени и сил. Я даже сделала ему отдельный счет, поскольку думала, что научиться торговать можно только на практике. К сожалению, ничего не получилось.

—  Почему?

— У него, похоже, не было никакой страсти к тор­ говле. Он не мог решиться на сделку. Я думаю, ему не нравилась идея идти на риск. (Линда описывает типич­ ный разговор со своим помощником.) «О'кей, Стив, какой у тебя сегодня план игры?» «Сегодня я думаю купить пшеницу», — говорит он, объясняя причины для этой сделки. «Замечательно», — говорю я, пытаясь его под­ бодрить. В конце дня спрашиваю его: «Ну как, купил пшеницу?» «Нет», — отвечает он. «Ну, а что же ты тогда делал?» «Смотрел, как цена растет». (Яри этом воспоми­ нании она от души смеется.)

—  Как вы думаете, почему вы добились такого успе­ ха в роли трейдера?

— Я думаю, что самым важным навыком является способность видеть на рынке закономерности. Я ду­ маю, что эта способность узнавания закономерностей, вероятно, связана с моей глубокой любовью к музыке. В возрасте от 5 лет до 21 года я каждый день по несколь-

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________________ 407

ко часов занималась на фортепиано. В колледже я вы­брала два основных курса — экономику и музыкальную композицию. Музыкальные ноты — это те же символы и закономерности. То, что я каждый день часами сидела, разбирая ноты, вероятно, помогло развитию той части моего мозга, которая отвечает за узнавание закономер­ностей. Кроме того, практика на инструменте по не­сколько часов в день помогает вырабатывать дисципли­ну и концентрацию — два навыка, очень полезные для трейдера.

—  Не могли ли бы вы подробнее рассказать о парал­ лелях между музыкой и рынками?

— Музыкальное произведение имеет определенную структуру: есть повторяющиеся пассажи с вариациями. Аналогичным образом на рынках тоже есть пассажи, ко­ торые повторяются с некоторыми изменениями. Музы­ кальные произведения имеют спокойные интерлюдии, развитие темы и постепенное крещендо к кульминации. На рынке такие фазы называются консолидацией цены, основными трендами и ускоряющимися движениями цены к важным вершинам или минимумам. Нужно иметь терпение, чтобы слушать, как развивается музы­ кальное произведение, и терпение, чтобы дождаться, пока сформируется сделка. Вы можете практиковаться, практиковаться, практиковаться, но никогда не сможете проиграть музыкальное произведение идеально. Так же вы никогда не сможете купить на минимуме или про­ дать на максимуме. Но вы можете сыграть произведение (или сделку) лучше, чем это было раньше. И в музыке, и в торговле вы достигаете большего, когда вы спокойны, и на обоих поприщах вы должны идти по течению.

Последняя аналогия может объяснить тип торговли, к которому я имею склонность. Вы должны обладать способностью читать отдельные ноты и разучивать му­зыкальное произведение шаг за шагом, прежде чем смо­жете сыграть всю вещь от начала до конца. Вероятно, по-

408______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

этому я трачу больше энергии на краткосрочные сделки, а не на анализ долгосрочной картины.

—  На свете так мало профессиональных женщин- трейдеров. Как вы думаете, есть какие-то препятствия, мешающие женщинам работать в этой области?

—  Иногда я чувствовала, что должна работать вдвое упорнее, чтобы заслужить уважение, или чтобы ко мне относились всерьез. Но, честно говоря, это восприятие, вероятно, основывалось скорее на моих собственных убеждениях, чем на реальности. В ретроспективе я не думаю, что мое женское естество мешало мне по-насто­ ящему. Собственно говоря, иногда казалось, что люди шли дальше, чтобы помочь мне, возможно, именно по­ тому, что на свете так мало женщин-трейдеров.

Конечно, в отрасли могут быть какие-то ниши, где жен­щины сталкиваются с препятствиями—например, в круп­ных нью-йоркских институциональных фирмах и банках. Я знаю женщин, которые считают, что сексизм помешал им получить работу в торговом отделе, но, опять же, я лич­но с такими трудностями никогда не сталкивалась.

Я бы настоятельно порекомендовала женщинам, уве­ренным, что они могут стать трейдерами, предпринять такую попытку. Нет никакой причины для того, чтобы женщины испытывали страх дискриминации. Торговля больше чем любое другое поле деятельности судится по результатам. Люди смотрят на цифры, демонстрирую­щие вашу результативность. Им все равно, мужчина вы или женщина. Если у вас получается хорошо, вам ока­жут финансовую поддержку. И наоборот, если вы как трейдер некомпетентны, то, что вы мужчина, совершен­но вам не поможет.

У женщин в роли трейдеров могут быть также врож­денные преимущества перед мужчинами. Например, у женщин меньше склонность использовать торгов­лю, чтобы утвердить свое «я». Они не склонны откры­вать большие позиции с намерением испытать чувство

ЛИНДА БРЭДФОРД РАШКЕ. МУЗЫКА РЫНКОВ_________________ 409

власти над движением рынка. Эта склонность, по моим наблюдениям, привела к финансовому краху ряда трей­деров-мужчин. Даже самые выдающиеся женщины-трейдеры, которых я знаю, обладают очень скромным, сдержанным стилем торговли.

—  Есть ли какие-либо еще различия между трейде­ рами-женщинами и трейдерами-мужчинами?

—  Женщины могут быть более интуитивны. Я оп­ ределенно считаю, что могу видеть фигуры, которые другим людям не видны, но не знаю, является ли при­ чиной этого то, что я женщина. Думаю, что для женщи­ ны подчас более приемлемо полагаться на интуицию, чем для мужчины, а интуиция, безусловно, участвует в торговле. Например, когда я смотрю на котировки, я никогда не говорю что-нибудь вроде: «О, рынок пони­ зился точно на 62%, и я должна здесь купить». Вместо этого я могу подумать: «Похоже, что мы скорректиро- вались достаточно, и цена перестала идти вниз. Пожа­ луй, стоит купить».

—  В нашем телефонном разговоре вы упомянули, что поделились своими торговыми методами с други­ ми трейдерами. Вас не беспокоило то, что раскрытие вашего подхода может уничтожить его эффективность, когда пользоваться им начнут другие люди?

—  Я искренне считаю, что могу раздать все свои сек­ реты, и ничего от этого не изменится. Большинство лю­ дей не могут контролировать свои эмоции или следовать системе. Кроме того, большинство трейдеров не будут следовать моим системам, даже если я дам им пошаго­ вые инструкции, потому что мой подход покажется им неправильным. Используя мои торговые методы, они не будут испытывать такой же уверенности или удобства, как я. Но разговора ради предположим, что демонстра­ ция моих методов другим трейдерам, в конечном счете, привела к изменению закономерностей, которые я ис-

410______________________________________________ ИГРОКИ НА МНОГИХ РЫНКАХ

пользую. Если эти закономерности изменятся, появятся новые, и я уверена, что смогу их найти.

—  Какие советы хотели бы вы дать начинающим трейдерам?

—  Нужно понять, что изучение рынков может занять годы. Погрузитесь с головой в мир торговли и откажи­ тесь от всего остального. Постарайтесь как можно боль­ ше общаться с другими преуспевающими трейдерами. Подумайте над возможностью поработать на одного из них бесплатно.

Начните с поиска своей ниши и специализации. Вы­берите один рынок или систему и изучите их вдоль и поперек, прежде чем расширять свое поле зрения. Мое любимое упражнение для начинающих трейдеров за­ключается в следующем. Выберите один рынок. Не гля­дя на внутридневной график, запис

 

15