yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Віра та релігія->Содержание->4.2.Климент против «гностиков»

Платоно-Аристотельский пролог к святоотеческому Богословию

4.2.Климент против «гностиков»

В полемике с вышеупомянутым меньшинством александрийский учитель, наоборот, является апологетом веры. «Гностики», своеобразно толкуя новозаветные тексты (Мф.10,26 и др.), считали, что спасение уготовано только избранным, владеющим высшим знанием – гносисом, и надежды простых верующих на спасение тщетны. Климент противопоставляет этой «аристократической доктрине» свою, «демократическую»: для спасения достаточно простой христианской веры. Вера есть конспективное содержание («сокращенное знание») того же, к чему вела и философия. В «Педагоге» Климент называет следующие бесспорные преимущества веры перед философией:

            1. Вера доступна всем, а философия отрезана, по крайней мере, от половины всего человечества – женщин.

            2. Вера дается человечеству как дар, в готовом виде, тогда, как философия идет путем долгих доказательств, без гарантии полного успеха.

            3. Акт веры вообще является неотъемлемым элементом процесса познания; в любом знании содержится частица веры; вера и знание неразрывно связаны. Например, аксиомы, метод дедукции, гипотеза в науке носят характер веры.

            Вера не только первее знания, но и критерий его. Без веры нет знания, как и знания без веры. «Вера есть основание здания, а знание есть здание, которое разум строит на вере. Вера подобна внутреннему, сокровенному слову, а знание – выраженному, - и потому знание есть раскрытие веры» [16].

            В отличие от еретического гносиса, гносис христианский есть та же христианская вера, но доведенная до понимания посредством интеллектуального осмысления. Подлинный «гностик» - это, по Клименту, верующий христианин, достигший в познании своей веры совершенства. Предмет гносиса есть предмет богословия – постижение Бога и Его проявлений. Метод гносиса – путь рационального доказательства, т. е. метод философии. Но в той мере, в какой человеку не дано сделаться Богом, в такой же мере ему не дано и познать Бога. В силу этого положительная (катафатическая) задача гносиса оказывается невыполнимой.

             Опираясь на платонизм и Филона, Климент находит выход из этого затруднения. Уподобление Богу и, следовательно, положительное богопознание есть бесконечный процесс, который может быть только начат в этой жизни и будет беспрерывно продолжаться после физической смерти. В земной же жизни «гностик» может созерцать Бога только через творение («естественное» богопознание) и под руководством веры («откровенное» богопознание).

Оба пути «естественного» богопознания: и внешний (Бог доказывается из содержания природы), и внутренний (Бог доказывается из содержания души) – приводят «гностика» только к идее существования Бога, но не раскрывают Его сущности или даже смысла Его действий. Смысл Божественного творчества лучше проявляется при обращении «гностика» к Откровению, но не так, как это делает простой верующий, обращая Откровение в предмет слепой веры, а так, как это должен делать истинный «гностик», т. е. применяя к Писанию метод рационального толкования, философскую символическую экзегезу. Всякое подобное толкование базируется на какой-то философии. Для Климента такой философией является стоически окрашенный платонизм. Но в отличие от своего преемника Оригена, Климент пользуется таким подходом умеренно и предпочитает в вопросах гносиса апофатический путь, предохраняющий его от тех еретических заблуждений, в которые может ввести христианского экзегета неограниченная экзегеза, основанная на вольной философской интерпретации.

            Оригену (185-254), великому приемнику Климента Александрийского, сумевшему возвести существующее до него спекулятивное богословие в ранг системы, повезло меньше: он не избежал крупных ошибок, которыми был чреват столько излюбленный его предшественником синтез Откровения и платонической философии. «О началах», краткое изложение которого найдет места в настоящем сборнике, яркое тому подтверждение

 

 

 

 

 

             Краткое изложение некоторых, наиболее, исходя из цели сборника, важных сочинений античных философов осуществляется по-разному. Сочинения Платона и трактат «Первоосновы теологии» Прокла излагаются, в основном, с использованием комментариев и критики А. Ф. Лосева, взятых из литературы [2,3,4,5,9], и снабженных необходимым количеством цитат из соответствующих первоисточников. Сочинения Аристотеля («Метафизика» и отрывки из трактатов «О душе» и «Физика») и «Эннеады» Плотина даются в собственном конспективном изложении составителя с сохранением порядка изложения первоисточников.

            Что же касается «христианской части» сборника, то помещенные в нее творения призваны продемонстрировать два полюса рецепции античной философской мысли в святоотеческом богословии. «О началах» Оригена приводится как сочинение христианского платонизма со всеми вытекающими отсюда достоинствами и еще большими недостатками  этой первой христианской догматической системы. « Диалектика» преп. Иоанна Дамаскина, напротив, являет собой пример творческого и правильного применения и развития аристотелевской онтологии и логики в церковной науке. Оба указанных творения даются также в конспективном изложении, но тематически, с сознательным нарушением порядка изложения первоисточников – для большего удобства изучения. Представленная ниже схема, достаточно условная, имеет целью показать взаимосвязь главных представителей греческой философии с некоторыми отцами и учителями Церкви. Эта же взаимосвязь в разделах, посвященных Платону и Плотину, иллюстрируется святоотеческими параллелями, заимствованными из статей Георгия Зяблицева [10,11].

 

10