yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Соціологія->Содержание->Глобализация и смена парадигм в политической социологии

Политическая социология

Глобализация и смена парадигм в политической социологии

 

Новая политическая социология.

Речь идет о политической социологии, которая должна ориентироваться на новые реалии мира. Традиционная политическая социология возникла в конце XIX – первой половине ХХ века. Мы называли разные имена в этой связи: Макс Вебер, Михельс, Моска, Шумпетер, Кельзен. Последние существенные сдвиги в связи с проблемами плюралистической демократии и неокорпоратизма: Р. Даль, Ф. Шмитер и другие.

Новая политическая социология своих классиков еще не породила, хотя имена Э. Гидденса, У. Бека и другие играют большую роль. И, разумеется, М. Фуко и так называемые.  постструктуралисты: французские философы Лиотар, Бодрияр и др. Мы в философскую сторону особо не будем уклоняться, хотя кратко остановимся на их концепциях в дальнейшем.

Рассматривать эту новую политическую социологию или  новую парадигму политической социологии мы будем по трем темам:

- глобализация и изменение роли суверенного национального государства;

- права человека и новая универсалистская политика;

- новые понимания демократии.

1. ГЛОБАЛИЗАЦИЯ

Глобализацию можно определить очень просто. Это возрастание и усиление глобальных взаимосвязей. Но это простое определение предполагает анализ целого ряда сложных и взаимосвязанных процессов экономического, технологического, культурного, энвайронментального и политического характера. Глобализация включает в себя потоки товаров, капиталов, людей, информации, идей, образов, рисков и т.д. поверх национальных границ. Поэтому возникают новые  сложные системы и политические институты, которые ограничивают роль и влияние национального государства. Это, я полагаю, главная функция глобализации, которая интересует нас в нашем политико-социологическом контексте.

Что значит “ограничивает”?

В политической социологии общество – это тесно связанный комплекс структур и институтов, регулируемый и управляемый суверенным национальным государством и в свою очередь оказывающий на него воздействие.

В условиях же глобализации оказывается, что процессы, структуры ускользают из-под влияния национального государства.

Это не означает, что его можно игнорировать или что в условиях глобализации это устарелое или неактуальное понятие. Надо рассматривать его (и традиционную политику вообще) как одну из “площадок” глобализации. Его заботы переопределяются, переструктурируются в свете глобальных процессов. Формируется не просто политика национального государства, но возникает особая интернациональная политика. Можно даже сказать, что национальное государство интернационализируется.

Но давайте для начала кратко остановимся на основных аспектах глобализации. Выделим три таких аспекта: экономический, энвайронментальный, культурный.

Экономическая глобализация

Это глобализация производства и финансовых трансакций. Она тесно связана с развитием технологий переработки информации и коммуникации, создающих возможности формирования транснациональной финансовой системы и деятельности транснациональных корпораций.

Транснациональные корпорации (ТНК) считаются авангардом экономической глобализации. Продукция компании не ограничивается страной, где она базируется, не предполагает наличие производственных мощностей в других странах, основанных на прямых инвестициях самой компании.

Считается, что транснациональные корпорации – сами продукт и результат постколониального разделения труда, поскольку они базируются в развитых странах Запада и извлекают выгоду из дешевого труда и дешевых ресурсов слаборазвитых стран.

Пример: “Найк”. Оборот в 1974 году 9 мрд. долларов, 9 тыс. сотрудников в США и 75 тыс. в Китае, Южной Корее, Таиланде и т.д. Корпорация Они мало платят, дурные условия труда, используют даже детский труд. Лет пять назад были скандалы в связи с нарушениями прав человека.

Экономическая глобализация ведет к сужению области экономической политики, которую контролирует государство. В традиционных моделях есть так называемые трехсторонние соглашения: государство, профсоюзы и бизнес договариваются о направлениях экономической политики, цели которой обеспечить занятость и высокий уровень потребления, гарантировать экономическую, постоянную социальную защиту и т.д. Государство благодаря своей налоговой и денежной политике реализует ставки банковских кредитований,  инвестирует в общественные работы, регулируя уровень безработицы и т.д. и т.п. Это не наша задача детально об этом рассказывать. Об этом у вас еще будут особые курсы.

Нам важно подчеркнуть, что в условиях глобализации государство оказывается в более трудной ситуации. Во-первых, у него появляются новые задачи. Оно должно не только регулировать активность собственных национальных корпораций с точки зрения национального интереса, но и - также с точки зрения национального интереса – создавать то, что вы слышите на каждом углу – “благоприятный инвестиционный климат”. Это чтобы привлечь транснациональный финансовый капитал и остановить его бегство и бегство собственного капитала в более привлекательные регионы.

Есть два основных рецепта для этого: ликвидировать воинственный тредъюнионизм и создать налоговые льготы для транснациональных корпораций.

Отсюда следует, что экономическая политика суверенного национального государства начинает работать на благо транснациональных корпораций, и это означает, по меньшей мере, проблематизацию его функции.

Энвайронментальная глобализация,

Лучше сказать - глобализация процессов загрязнения окружающей среды.

Есть три формы:

Так называемое трансграничное загрязнение (кислотные дожди, к примеру, во всей Европе). Это скорее, не глобальные, а региональные проблемы.

Энвайронментальная взаимозависимость, когда причины в одном месте, а следствие – повсюду: парниковый эффект, посредством которого развитые страны вызывают глобальное потепление.

Деградация среды в целом: загрязнение вод и атмосферы негативно влияющие на все нынешние живые существа.

Далее, третий аспект глобализации – информационный или, если брать дело шире, - культурный.

Культурная глобализация и международный информационный порядок

Культурная глобализация и мировой информационный порядок (МИП) обнимают собой все процессы межкультурных коммуникаций, происходящие при посредстве в основном технических информационных систем как индивидуального (РС), так и массового характера (пресса, ТВ, интернет, спутниковые и пр. системы передачи).

Что касается содержания, то это, в основном, обычная медийная информация, т.е. новости, развлекательные программы и реклама. Согласно идее, закалывавшейся международными культурными организациями в основание МИП, его содержание должно было в некой квазинаучной форме, то есть в согласии с требованиями объективности, рациональности, обоснованности представлять общезначимую информацию о культурном достоянии разных народов; на практике эти каналы оказываются перегруженными коммерческой и развлекательной информацией. (Впрочем, развлекательная информация также имеет в основном коммерческий характер, ибо обладает функцией товара.)

Кроме того, поскольку МИП задумывался и организовывался как орудие преодоления культурного и государственного изоляционизма, новостная и политическая информация на его каналах неизбежно оказывалась контринформацией, часто противоречащей информационной политике правительств стран- реципиентов, которые либо просто дезинформировали своих граждан по соображениям удержания власти, либо использовали масс-медиа для мобилизации и интеграции сил внутри страны, подъема национального духа, реализации протекционистских мер в экономике и культуре. И в том, и в другом случае воздействие МИП оказывалось на практике вмешательством извне во внутреннюю политическую ситуацию того или иного государства и вызывало как протест со стороны правительств, так и активное противодействие со стороны разного рода фундаменталистских национальных и культурных движений.

Формально все участники мирового информационного порядка равноправны. На практике вес того или иного участника определяется состоянием и уровнем развития экономики и информационных технологий. Другими словами, решающую роль играют финансовые и технические возможности производства и трансляции знаний, которыми располагает та или иная страна. Как правило, информация, производимая и распространяемая разными странами в рамках МИП, выражает политические интересы этих стран. В результате страны - реципиенты подвергаются через каналы МИП информационному воздействию, серьезно корректирующему или даже принципиально изменяющему развитие политических событий в этих странах. Ценой закрытия этих каналов может быть только информационная изоляция, что также не на пользу большинству стран, ибо снижает информационный и творческий потенциал, что, в конечном счете, отражается и на экономическом развитии.

Отсутствие достаточного технологического уровня и скудость финансов у большинства стран - участниц МИП превращает международные информационные потоки в улицу с односторонним движением, где информация направляется от развитых индустриальных стран к странам третьего мира. Существуют потоки более низкого уровня - от США к Европе, а также от Западной Европе к Восточной. Это распределение информационных потоков является отражением глобального распределения влияния в мире.

Ныне много говорится о полицентрической организации мирового сообщества. Берется в расчет множество параметров: политическое влияние, экономическая мощь, военные возможности, в частности, наличие ядерного оружия, традиционные сферы влияния, обусловленные культурной общностью, размер территорий, количество населения и т.д., - и делается вывод о наличии в мире нескольких центров сил, в соперничестве и взаимодействии которых складывается "геостратегический" мировой порядок. Мировые информационные взаимодействия в этих расчетах почти не учитываются. На самом деле именно они наиболее показательны (хотя и мало ощутимы, если подходить к делу с точки зрения критериев тридцатилетней, полувековой или даже вековой давности, вроде количества броненосцев. танков, ракет). Распределение сил на мировой арене зависит от распределения источников и потоков информации. С этой точки зрения США вне конкуренции. Это и отражается в современной организации МИП, ярко демонстрирующего однополярность современного мира.

Оказывается. таким образом, что мировой информационный порядок основан на парадоксе: он предполагает равное сотрудничество культур и идеологий не только обладающих неравными экономическими и техническими возможностями, но и обладающих неравными потенциальными, заложенными внутри самих идеологий возможностями распространения. Либерально-демократическая идеология "снабжена" встроенным механизмом глобализации, она - глобальная идеология по самим своим исходным индивидуалистическим предпосылкам. Наоборот, консервативные "фундаментализмы", с которыми она борется, таких механизмов не имеют, они по определению привязаны к месту, территории, фундаменту, "фундаментальны", локальны, как правило, замкнуты на себя самих. Так любой национальный фундаментализм рассчитывает на объединение и консолидацию нации, религиозный фундаментализм - на объединение и консолидацию верующих одной религии. Консолидация происходит путем подчеркивания своей особости, отличности от других. Глобализация же, наоборот, ориентирована на выделение и подчеркивание общего, как правило, за счет снижения удельного веса партикулярных компонентов.

Глобализация и суверенитет

Это три главных аспекта глобализации – экономический, энвайронментальный и информационный или культурный оказывают огромное влияние на социологическую модель политики как деятельности, центрированной, так сказать, на суверенном национальном государстве.

Чтобы четко определить, каковы эти воздействия, надо ввести одно различение, автор которого англичанин Дэвид Хелд (Held D. Democracy and Global order. Cambridge, 1995.): различение между суверенным и автономным государством.

Что такое суверенитет, мы знаем. Это государственно-правовая категория. Автономность государства - это категория реальной политики. Это не право, а способность действовать независимо во внешней и международной политике.

Вообще-то государства никогда не были целиком автономными, всегда в большей или меньшей мере зависели от соседей. Но глобализация принципиально подрывает как автономию, так и суверенитет национального государства.

Автономия подрывается в той степени, в которой государства понуждаются иметь дело с процессами, которые они не могут контролировать даже в принципе, поскольку они происходят вне национальных границ.

Примеры у нас уже были. Возьмем экономическую глобализацию. Финансовая политика государств определяется не столько внутренними интересами, сколько движениями на мировых финансовых рынках. С точки зрения информации и культуры спутниковые системы Интернет несут новые идеи, делают невозможной цензуру, угрожают национальным сетям, а поэтому и национальной интеграции и сплоченности. Ну и ясно, природная среда не может контролироваться средствами собственной национальной политики. Но пойдем дальше. Меняется не только мера автономности, но, что, может быть, еще важнее, и мера суверенности государств.

Идея суверенитета - основа современного мирового порядка: это, с одной стороны, т.е. внутри государства – способ утверждения легитимности, а с другой – вовне государства – способ существования международной системы государств в условиях их взаимозависимости. Суверенитет в этом последнем смысле – это исключительное право каждого национального государства управлять своими гражданами и вести свои собственные внешние и внутренние дела без вмешательства извне.

Глобализация резко подорвала суверенитет государств в том смысле, что после II мировой войны возникли новые интернациональные и транснациональные институты и организации, которые первоначально ставили своей целью урегулирование международных конфликтов, но со временем стали брать под свой контроль и другие важные проблемы, даже те, которые согласно традиционным представлениям  подпадали под юрисдикцию суверенных государств.

Эти тенденции получили надлежащее оформление в международном праве. Особенно после Нюрнберга. Нюрнбергский трибунал установил принцип, согласно которому, если международные нормы, защищающие моральные ценности, входят в конфликт с законами государств, индивид, совершивший моральный выбор, с правовой и моральной точки зрения, имеет право не подчиняться законам государства.

В международном праве  права и обязанности индивида как человеческого существа (т.е. пресловутые “права человека”) считаются превосходящими его права и обязанности как гражданина суверенного государства. Таким образом, впервые возник наднациональный легальный авторитет, призывающий индивидов игнорировать свое собственное государство.

В ЕС (Европейском союзе) есть Европарламент, имеющий право принимать законы, обязательные для стран - членов союза. Ясно, что это грандиозное сужение суверенитета. Правда, ЕС – единственная организация такого рода – наднациональная организация. Все остальные, хотя они тоже в определенном смысле ограничивают суверенитет, можно назвать интернациональными. Это ООН, Мировой Банк, МВФ, так называемый G7 - Group 7. Они интернациональны, поскольку зависят от желания их членов сотрудничать, и поэтому не наднациональны. Они, как правило, не располагают орудиями навязывания своих решений, кроме согласия их членов эти решения выполнять.

По крайней мере, не располагали. Но и при этом вмешательства происходили: скажем, интервенция в Боснии под флагом ООН. Или кредиты МВФ под условия, которые не оговариваются с соответствующим государством. Теперь в прошлом году возник новый феномен: НАТО как транснациональная организация, располагающая средствами принуждения.

Агрессия против суверенного государства (я имею в виду Югославию) означает новый шаг в политическом развитии в условиях глобализации. С точки зрения международного права этот феномен совершенно не осмыслен. Делалась попытка придать ему правовой статус, сделав НАТО как бы рукой ООН. Но это было бы, что называется, хорошей миной при плохой игре. Идеологическое обоснование здесь было налицо (права человека), но правовое обоснование отсутствовало. Думаю, оно скоро будет возникать.

Все это свидетельствует о том, что суверенитет ныне не един и неделим, каким должен быть в принципе. Он теперь делится между национальными, международными и иногда региональными властными инстанциями. Суверенитет – это уже не безграничная власть государства в пределах своих границ. Возникает новый феномен – интернационализированного государства, о чем мы еще будем говорить далее.

Консервативная революция.                    

Именно в ходе глобализации, а точнее в самом начале глобализации, как бы в предчуствии глобализации в первой половине ХХ столетия возникла идея консервативной революции. Ее отдаленные родители - Ницше и Шпенглер, прямые - Зомбарт, Э.Юнгер, Г.Фрайер, уже упоминавшийся в первой половине курса К.Шмит и др. Она понималась как "революция восстановления и воссоединения всех государственных сил ХХ столетия против революции разрушительного освобождения XVIII столетия".

     В пору Веймарской республики эти идеи получили широчайшее распространение в Германии. Грядущая "революция справа" мыслилась не как шаг назад, а как рывок вперед, не как реставрация старых режимов, а в государственническом стиле - как создание авторитарного "органического государства". При этом вместе с западным либерализмом, эгалитаризмом, рациональной хозяйственной этикой отвергалась идея прогресса. Историческое развитие не линейно и однонаправлено, но имеет круговой характер - явный отзвук идей Ницше. Именно "вечное возвращение того же самого" дает ключ к тому, как надо понимать слово "консерватизм", говорил один из лидеров консервативной революции Армин Мёлер. Отсюда и его знаменитый афоризм: "Быть консервативным означает не держаться за вчерашнее, а жить тем, что значимо всегда".

Эти соображения вели к некоторым идеям, которые актуальны и в эпоху глобализации. В 1916 г. Э.Трельч ("Немецкая идея свободы) писал: "Наряду со свободным принятием ответственности немецкая идея свободы включает в себя право духовных индивидуальностей и их взаимное уважение. Будучи перенесенным на мир народов это означает систему взаимного уважения и свободного развития народных индивидуальностей с правом ограничиваться тем, что необходимо для государственного существования и с взаимным уважением свободы развития в этих рамках".

Духовные индивидуальности - это государства. Следовательно свобода в концепции консервативной революции - это свобода государств, народов, а не индивидов. Консервативная революция должна открыть путь к мирному сосуществованию народов, каждого на собственных основаниях. Именно этом я и имел в виду, говоря о консервативной революции как единственной последовательной альтернативе глобальному международному информационному порядку.

 

13