Надежда - Просто христианство - Конспект лекций
ГоловнаЗворотній зв'язок

Просто христианство

Надежда

Надежда одна из теологических добродетелей. Постоянные размышления о вечности

не бегство от действительности (как считают некоторые наши современники), а одна из

функций, которые призван осуществить христианин. Это не значит, что нам не следует

беспокоиться о состоянии современного мира. Читая историю, вы видите, что именно

 

59

 

 

 

 

 

христиане, внесшие неоценимый вклад в развитие нашего сегодняшнего мира, более

других думали о мире грядущем. Сами апостолы, которые положили начало обращению к

христианству Римской империи, великие люди, создавшие культуру средневековья,

английские евангелисты, добившиеся уничтожения работорговли, все они оставили след

на земле именно потому, что ум их был занят мыслями о небе. И лишь по мере того как

христиане все меньше думали о мире ином, слабело их влияние на положение вещей в

этом мире. Цельтесь в небо попадете и в землю; цельтесь в землю - не попадете никуда!

Это правило кажется странным, но мы сталкиваемся с чем-то подобным и в других

областях. Например, здоровье великое благо, но как только вы делаете его объектом своих

забот, вам начинает казаться, что оно у вас не в порядке. Думайте побольше о работе,

развлечениях, свежем воздухе, вкусной пище и вполне вероятно, что здоровье получите в

придачу. И еще: если все наши мысли направлены на совершенствование нашей

цивилизации, нам не спасти ее. Для этого надо научиться думать о чем-то ином и хотеть

(в еще большей степени) этого иного. Слишком многим из нас очень трудно хотеть "неба"

вообще разве что во имя того, чтобы встретиться с умершими близкими. Одна из причин,

почему нам это трудно, в том, что мы не приучены. Вся наша система образования

ориентирует наш разум на этот мир. Другая причина в том, что, когда такое желание

проявляется, мы его попросту не узнаем. Большинство людей, которые действительно

научились бы заглядывать в глубины своего сердца, знали бы: то, что они желают, и

желают очень сильно, в этом мире обрести нельзя. Здесь много такого, что сулит нам

желаемое, по эти обещания никогда не выполняются. Страстная юношеская мечта о

первой любви или о какой-то заморской стране, волнение, с которым мы беремся за дело,

глубоко нас интересующее, не могут быть удовлетворены ни женитьбой, ни

путешествием, ни научными изысканиями. Я не имею в виду неудачные браки, либо

неудавшиеся каникулы, или несбывшиеся ученые карьеры. Я говорю о самых удачных. В

первый момент, когда наша мечта на пороге осуществления, нам кажется, что мы

ухватили жар-птицу за яркое ее оперение, но уже в следующий момент она ускользает от

нас. Я думаю, вы все понимаете, о чем я веду речь. Жена может быть прекрасной женой,

гостиницы и пейзажи просто отличными, а химия - невероятно интересным делом, но при

всем при этом что-то ускользает от нас. Существуют две неверные реакции на это и одна

правильная.

1. Реакция глупца. Он винит всех и вся. Его не покидает мысль, что, если бы он

попробовал связать свою жизнь с другой женщиной или если бы отправился в более

дорогое путешествие, то ему удалось бы поймать то таинственное нечто, которого ищем

все мы. Большинство скучающих, разочарованных богатых людей относятся к этому типу.

Всю свою жизнь переходят они от одной женщины к другой (оформляя разводы и новые

браки), переезжают с континента на континент, меняют хобби, не теряя надежды, что вот

это-то наконец настоящее, но разочарование неизменно постигает их.

2. Реакция утратившего иллюзии здравомыслящего человека. Он вскоре приходит к

заключению, что все эти надежды были пустой мечтой. Конечно, говорит он, когда вы

молоды, вы полны великих ожиданий. Но доживите до моего возраста, и вы оставите

погоню за солнечным зайчиком. На этом он и успокаивается, учится не ожидать от жизни

слишком многого и старается заглушить в себе голос, нашептывающий ему о волшебных

далях. Такой подход к проблеме, конечно, гораздо лучше первого и приносит человеку

больше счастья, а сам человек меньше неприятностей обществу. Обычно он становится

педантом, склонным покровительственно, снисходительно относиться к молодым. Но в

целом жизнь протекает для него довольно гладко. Это был бы наилучший путь, если бы

нам не предстояло жить вечно. Но что, если безграничное счастье существует, ожидая нас

где-то? Что, если человек действительно может поймать солнечный зайчик? В этом случае

было бы очень печально обнаружить слишком поздно (сразу же после смерти), что своим

так называемым здравым смыслом мы убили в себе право наслаждаться этим счастьем.

 

 

 

60

 

 

 

 

 

3. Реакция христианина. Христианин говорит: "Ничто живое не рождается на свет с

такими желаниями, которые невозможно удовлетворить. Ребенок испытывает голод, но на

то и пища, чтобы насытить его. Утенок хочет плавать: что ж, в его распоряжении вода.

Люди испытывают влечение к противоположному полу; для этого существует половая

близость. И если я нахожу в себе такое желание, которое ничто в мире не способно

удовлетворить, это, вероятнее всего, можно объяснить тем, что я был создан для другого

мира. Если ни одно из земных удовольствий не приносит мне подлинного ублаготворения,

это не значит, что Вселенной присуще некое обманчивое начало. Возможно, земные

удовольствия и рассчитаны не на то, чтобы удовлетворить ненасытное желание, а на то,

чтобы, возбуждая его, манить меня вдаль, где и таится настоящее. Если это так, то я

должен постараться, с одной стороны, никогда не приходить в отчаяние, проявив

неблагодарность за эти земные благословения, а с другой стороны, мне не следует

принимать их за что-то другое, копией, или эхом, или несовершенным отражением чего

они являются. Я должен хранить в себе этот неясный порыв к моей настоящей стране,

которую я не сумею обрести, прежде чем умру. Я не могу допустить, чтобы она скрылась

под снегом, или пойти в другую сторону. Желание дойти до этой страны и помочь другим

найти туда дорогу должно стать целью моей жизни".

Нет смысла обращать внимание на людей, старающихся высмеять христианскую

надежду о небе, говоря, что им не хотелось бы провести всю вечность, играя на арфах.

Этим людям надо ответить, что если они не могут понять книг, написанных для взрослых,

то не должны и рассуждать о них. Все образы в Священном писании (арфы, венцы,

золото) это просто попытка выразить невыразимое. Музыкальные инструменты

упоминаются в Библии потому, что для многих людей (не для всех) музыка это такое

явление нашего мира, которое лучше всего передает чувство экстаза и бесконечности.

Венцы или короны указывают на то, что люди, объединившиеся с Богом в вечности,

разделят с Ним Его славу, силу и радость. Золото символизирует неподвластность неба

времени (ведь металл этот не ржавеет) и его непреходящую ценность. Люди, понимающие

все эти символы буквально, с таким же успехом могли бы подумать, что, когда Иисус

говорил нам, чтобы мы были, как голуби, Он имел в виду, что мы должны нести яйца.

 

 

23