yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Різні конспекти лекцій->Содержание->Построение новой религии

Религия денег

Построение новой религии

Итак, возвращаясь в Россию 1917 года, чистое христианское общество больше не могло выжить ни там, ни в одной другой стране.

 

Материализм был необходим:

1)      для развития науки и промышленности для защиты от внешней военной силы[522];

2)      для новой, более гибкой и сильной, чем натуральное хозяйство, организации общества (опять-таки ради защиты от внешних врагов);

3)      простыми методами можно было резко улучшить жизнь людей и избавить их от изнурительного монотонного труда и болезней (электричество, строительная техника, медицина).

 

Но любое средство противоречиво:

1)      материализм – это защита от материализма, но не самоцель;

2)      товарно-денежные отношения дают более сильную организацию общества, но они уничтожают душу, сознание, ведут в религию денег;

3)      нельзя автоматически считать, что освобождённые машинами от ручного труда люди захотят использовать свободное время для духовного самосовершенствования, а не для идолопоклонничества, особенно в обществе с товарно-денежными отношениями.

 

* * *

В первых же декретах Советской власти было много мудрого, и гораздо больше мудрого, чем многим кажется сейчас. Декрет о земле, который поганым удалось отменить только в 2002 году, вернул землю крестьянам.

 

Вспомним декреты 1917 года о цензуре и рекламе. Первым делом власть занялась защитой сознания[523]. Диктатура пролетариата стала диктатурой совести.

 

Пять лет шла интервенция и гражданская война, и у всего населения России было более чем достаточно времени, чтобы определиться, на чьей оно стороне. Если бы массы не приняли Советскую власть, у них были все возможности сражаться против неё. Но почему же было не принять эту власть, если Советы придумал и создал сам народ, а отнюдь не большевики или эсеры.

 

В 1923 году война в основном закончилась, и население России дружно и сугубо добровольно проголосовало за новое общество. В том году рождаемость подпрыгнула так, что население страны возросло на 3 миллиона человек[524].

 

В это время в проклятой Германии уже собирал свои штурмовые отряды Гитлер, чтобы всего через восемнадцать лет придти за теми новорожденными 1923 года.

 

* * *

Перед победившей новой властью стояла задача построения общества, ранее не встречавшегося, по весьма приблизительным наброскам.

 

В этой ситуации огромное значение приобретали личности, которые становились во главе нового государства. Решающим становилось не столько знание революционной теории, сколько внутреннее глубинное понимание жизни вождями революции. Решающим становилосьих личное мировоззрение, которое было заложено с детства, в не просто лозунги текущего дня.

 

После смерти Ленина в 1924 году остро стал вопрос, кто станет во главе партии – человек, воспитанный в православной духовной семинарии, или совершенно гениальные Бронштейн и Розенфельд[525] из еврейских местечек. От этого зависела не только трактовка марксизма, не только судьба партии и Советского государства, но и судьба всего мира.

 

Как и в Гражданской войне, выбор был сделан не за один год и не одним человеком. Постепенно люди начали организовываться вокруг И.В.Сталина, идти к нему со своими вопросами, и решать эти вопросы.

 

Власть Сталина усиливалась. Его власть укреплялась не силой, ибо в 1920-е годы, в период бесконечных оппозиций, демократия внутри партии процветала. Его власть усиливалась добровольной делегацией доверия со стороны всё большего числа членов партии. Постепенно он становился не просто руководителем, он становился Вождём.

 

Общество как церковь, партия как орден

И.В.Сталин получил сугубо православное образование. Он закончил не обычную школу, но духовное училище, после чего поступил в духовную семинарию, где проучился до двадцатилетнего возраста. Несправедливости и несовершенства мира человек начинает понимать в юности, а его идеалы закладываются много раньше, в семь, в десять лет, в двенадцать лет.

 

У воспитанника «иезуитского» стиля семинарии И.В.Сталина в принципе не могло быть иных идеалов, кроме христианских. Социал-демократия стала для него тем практическим инструментом, который мог воплотить эти идеалы в жизнь.

 

Сталин стал строить новое общество как церковь, партию – как орден. Орден меченосцев, говоря его же словами.

 

Партия – это плохое название для ВКП(б). Партии – это сугубо буржуазные образования, создаваемые исключительно для борьбы за групповое место в иерархии.

 

Как определил В.И.Ленин, «Партия – это ум, честь и совесть нашей эпохи». Конечно, это надо понимать как то, что партия должна быть умом, честью и совестью, а не является ими просто потому, что она партия. «Народ и партия едины» – они должны быть едины. И они были едины.

 

ВКП(б) была советским дворянством и духовенством одновременно. И ни в какой единой стране не может быть двух духовенств или нескольких дворянств.

 

* * *

При всей критике ВКП(б) за её «авторитарный» стиль управления, обратите внимание на полную открытость партии, её планов, съездов. Обратите внимание на лёгкость её критики и видимость её несовершенства.

 

Когда вы последний раз читали протокол масонской ложи или изучали планы, принятые на заседании иудейских мудрецов?

 

Нам не нравилось, что у открытой власти видна её несовершенность, её неидеальность, не всегда получается так, как хотелось? Что же, скрытая власть всегда идеальна, ибо любой результат объявляется именно тем, которого добивались.

 

Райком не всегда быстро и хорошо решал проблемы? Ну что же, сходите со своими проблемами к лоснящимся от собственного превосходства банкирам. Сходите в масонские ложи, в синагогу или съездите в Вашингтон. Олигархи, кстати, со своими проблемами именно туда и ездят.

 

Были ли ошибки в 1920-1930-е годы? Были, были и крупные ошибки. Но сравните в целом, что было сделано за двадцать лет с 1921 по 1941 год, и что сделано с 1985 по 2003 год.

 

* * *

При строительстве Советского Союза с православия сняли его устаревшую форму, но оставить его суть. В Реформации на Западе всё было наоборот – оставили форму, уничтожили суть.

 

Воспитывать коммунистов, вводить новое сознание в глубоко христианской стране и нельзя было иначе, как толкаясь от христианского сознания, от христианских ценностей.

 

Православие, Самодержавие, Народность.

Коммунизм, Партия, Советы.

 

Партия – коллективное Самодержавие.

Советы – практическая Народность.

 

Крёстный ход стал демонстрацией, религиозные праздники были заменены советскими, но суть – святые личности, благодарность тем, кто совершал подвиги во имя людей и во имя Отечества – не изменилась.

 

Коммунизм – это тоже организация общества как большой семьи. Большевики говорили: Все люди – братья[526]. «Коммуна» переводится на русский как община. Коммунизм – это попытка сочетать моральные ценности Православия и научную логику марксизма.

 

Лозунг «Кто не работает, тот не ест» – это слова апостола Павла, «Если кто не хочет трудиться, тот и не ешь».

 

За веру, царя и Отечество.

За Родину, за Сталина, за коммунизм.

 

А за что сейчас? За деньги, за корпорацию, за Сатану?

 

* * *

Императорская власть в России не была уничтожена в 1917 году. Она была низложена в феврале в праздник Пурим. Она была восстановлена в Октябре, под новым именем, из нового рода, с видоизменёнными принципами построения.

 

Но власть Ленина и Сталина – по функциям и по сути – защита народа и Отечества от врагов – была абсолютной державной властью, которая ещё и пользовалась огромным доверием.

 

Говорят о культе вождей. В России и не могло по-другому быть – сознание общества целиком было построено вокруг идеи царской власти. Народ хотел, да и сейчас хочет, видеть Государя. Когда умный государь действует во благо народа, то диктатура совести куда лучше разврата демократии.

 

В 1920-1930-е годы структура, система общественного сознания, особенно твёрдого крестьянского сознания, сознания людей, которые даже не умели писать, не могла радикально измениться за несколько лет. Уже существовавшие точки привязки, архетипы, слегка изменили форму, поменяли название, но суть их осталась той же. России был необходим сильный правитель[527].

 

В Западных странах было всё наоборот – власть короля сохранилась по форме, но по сути остались только название и внешний антураж. Европейский монарх – это актёр, нанятый корпорациями и жрецами религии денег.

 

Цивилизованным европейцам не нужен Государь. У них нет «холопского» сознания. Они вообще не подчиняются людям. Они поклоняются идолу.

 

Индустриализация

К началу 1930-х годов выросло новое поколение, поколение советских людей. Росла страна героев, страна мечтателей, страна учёных.

 

На Западе в тот момент начался очередной глубокий кризис накопления золота, из которого просматривался знакомый и единственный выход – перераспределение через очередную всемирную кровавую бойню.

 

Было очевидно, что от танков и самолётов Запада можно защититься только русскими танками и самолётами. Для этого была необходима тяжёлая промышленность. Индустриализация и коллективизация были не вопросом желаний, они были вопросом жизни и смерти.

 

Когда времени мало, когда чётко известна цель и средства её достижения, когда есть толковые командиры, то военная организация общества – это идеальная организация общества.

 

Запад говорит о нашем тоталитаризме. На Западе каждый хочет урвать кусок побольше в свою частную собственность. На Западе правительству подчиняются за золото. Поэтому, если народ подчиняется государству, жертвуя личными интересами, то Западу это непонятно, он считает, что такое возможно только при физическом насилии, из-под палки.

 

Но советские люди, во-первых, полностью доверяли правительству, во-вторых, они не отделяли государство от себя.

 

Кто нас будет учить гуманизму – Соединённые Корпорации Америки и Европы которые последние 500 лет[528] существуют рабством?

 

* * *

При жизненно необходимой индустриализации НЭП стал не только не нужен, но он стал тормозом дальнейшего развития.

 

В условиях свёртывания НЭПа и окончательной национализации всей промышленности, в условиях завершения построения основ нового общества, не могла не обостриться классовая борьба.

 

Конечно, надо говорить не о классовой, а о религиозной борьбе. Пока был НЭП, поганые работали на своего идола, занимались развратом и молились вещам. К началу 1930-х годов у нэпманов отняли их культы и культики. Неизбежно усилилось их недовольство новым обществом. Эта часть людей не захотела жить по принципу большой семьи, и она всё более ненавидела остальных и занималась вредительством и саботажем.

 

В такой ситуации резко возрасла роль внутренних сил безопасности. Если бы было время, если бы в Европе не разворачивался фашизм, если бы Россия была побогаче, а не разрушена предыдущими войнами, то можно было бы не принимать жёстких мер, а подождать, пока поколение идолопоклонников постепенно вымрет само собой. Но времени не было, впереди была война насмерть.

 

Органам безопасности пришлось бороться с дьяволом. И любой, кто с ним сталкивается, не может не измениться сам. За чистками от идолопоклонников следовали чистки органов госбезопасности.

 

Процесс раскулачивания был тяжёлым. А что делать с нынешними кулаками? Представим, что в сегодняшней России кто-то попробует навести порядок, и даже не будет трогать убер-уголовников – бизнесменов, а решится очистить страну только от обычных уголовников. Сколько их придётся выслать, посадить и расстрелять?

 

* * *

Была обратная сторона и в резкой концентрации государственной власти. Обобществление происходит и при государственной собственности, и при частной. Важно не столько право владения собственностью, сколько право распоряжения ею.

 

Обобществление хорошо, если распорядитель обобществлённого действует во всеобщее благо. Плохо – если в своё. Для защиты от злоупотребления обобществлённой властью необходим очень сильный внутренний контроль. Здесь тоже стала важна роль органов безопасности.

 

Но в целом, в 1930-е годы люди знали, что партия направляет результаты общего труда туда, где это важнее всего; помогает тем, кто сильнее нуждается.

 

* * *

Индустриализация была невозможна и без новой массовой перестройки сознания. Уже в 1920-е годы началась всеобщая ликвидация безграмотности.

 

Для индустриализации нужны были рабочие, инженеры и учёные. У них должно было быть новое, индустриальное сознание. Мышление крестьянина замечательно для гармонии с природой, но оно не имеет шансов в бою. Против танка нельзя рассуждать неторопливо; на станке нельзя работать тем же темпом, что на сеновале.

 

Не было иного способа изменить массовое сознание, кроме как оторвать его от церкви. В мае 1929 года был нанесён удар по базовым церковным точкам привязки – по понятию времени. Неделя была заменена шестидневкой.

 

Но как только индустриализация закончилась, в июне 1940 года вернулись к обычной неделе. Вскоре, во время войны, было достигнуто и полное примирение с церковью. Сталин не собирался уничтожать православие, но в 1930-е годы дальше нельзя было выжить, не модернизировав его, не откинув отдельные элементы, особенно суеверия и культовую сторону.

 

Сталин постоянно «исправлял перегибы», тормозил бронштейновцев-розенфельдовцев, которые использовали эту ситуацию действительно для нанесения удара по русской вере.

 

* * *

 

Без индустриализации было нельзя, но индустриализация вела к росту городов. Город – это по определению зависимость от денег. Крупный город – это неизбежное развитие товарно-денежных отношений, это потенциальная база для религии денег.

 

Идеальный горожанин – это рабочий в первом поколении. Это крестьянин, сохранивший все свои ценности, но освобождённый от культовой стороны христианства. Этот рабоче-крестьянин – самый лучший, самый передовой класс.

 

Увы, удержание христианских ценностей в сознании горожанина второго поколения – это гораздо более сложная задача.

 

* * *

В 1930-е годы прекрасно работала теория прибавочной стоимости Маркса. Его физическое понимание стоимости полностью подходило для построения тяжёлой промышленности. Ибо сталь, чугун, зерно, нефть описываются именно в тоннах и в килограммах. Инвестиции действительно выступают просто как подвоз вагонов с сырьём, особенно при отсутствии в СССР вторичного контура (фиктивного капитала) и накопительных стоимостей.

 

Эта теория хорошо подходила и для обеспечения людей до уровня необходимого – парой сапог как таковых (а не модных), шинели как универсальной одежды, питания как набора калорий и так далее.

 

 

145