yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Історія->Содержание->ГЛАВА VII. Просвещенный абсолютизма

Учебник новой истории

ГЛАВА VII. Просвещенный абсолютизма

I.  Старый порядокъ (§§ 182—185). — Политика   просвЬщениаго   абсолютизма. (§§ 186-190).

II.  ОтдЪльныя   страны:  Гермашя  (§   191),   Пруссм   (§§   192—194) и Австри (§§ 195-198).

III.  Международный отношешя середины и второй   половины XVIII в. (§§ 199 —208).

IV.   ОтдЬльныя страны:   Польша (§ 209),  АнЫя (§§ 210—214) и Сйверо-аме- рикансые штаты (§§ 215—218).

I.

182.    Новыя идеи, пропов'Ьдовавппяся писателями XVIII в., Старый по- находились въ полномъ противоргьчт съ большею частью старыхь

рядокъ.                                                         ■>..">                                                   

шлитичесшхь учрежоенги и общественные отношенги. Фило­софское „естественное право" отрицало исторически сложив­шаяся формы быта, которыя принято теперь называть старымъ порядкомъ (ancien regime). Идей просвйщеннаго абсолютизма, за который, кромй Вольтера, стояли и физюкраты, противоречила практика абсолютизма, находившаяся подъ вл1яшемъ католиче­ской реакцгл или протестантской нетерпимости. Учешя Мон­тескье и Руссо шли въ разр^зъ съ господствовавшею почти по­всеместно формою правлешя. Точно также принципъ граждан­ская равенства, проповедовавшшся Руссо и физюкратами, отри-цалъ сословныя привилегш и феодальныя права. Наконецъ, съ этимъ принципомъ никакъ уже не мирилось и существоваше кр4постного права.

183.                   „Старый порядокъ" везде имъмъ бол4е или менее Крестьян- обпщ черты, хотя и разнообразился по отдельнымъ странамъ. Бо­ пер выхъ, кргьпостное право существовало въ XTIII в. далеко не вездчъ. Его не было ни въ Англш, ни на Пиренейскомъ полу­ острове, ни въ Италш, ни въ Швецш; во Францш оно встре­ чалось лишь въ немногйхъ провинщяхъ; зато въ Даши, въ Гер­ мании, въ Венгрш, въ Чехш, въ Польше оно еще лежало всемъ своимъ гнетомъ на крестьянахъ, обязанныхъ по отношешю къ помещикамъ барщиной и разными повинностями и оброками. Во Францш, где крепостныхъ было очень мало, весьма мнопе кре­ стьяне обладали поземельною собственностью, но за то на ней про-

— 147 —

*

должали лежать разныя феодальнаго происхождешя денежный и натуральныя повинности въ пользу сеньёровъ. Въ деревняхъ за сеньёрами сохранились еще остатки полицейской и судебной вла­сти, и все это очень раздражало народъ. Далее, въ гбхъ странахъ, гд'Ь уже не было крепостничества, а въ ихъ числ^Ь и во Фран­ции, было много и безземельных^ крестъянъ, арендовавшихъ земли у пом'Бщиковъ за деньги или за отдачу половины продукта (половничество). Особенно большое разви^е получило обезземе-ленге крестъянъ въ Анит, гдъ въ ХУШ в. классъ мелкихъ собственниковъ исчезъ, и страна покрылась более или менее крупными фермами, на которыхъ работа велась наемными ра­бочими. Наконецъ, въ XVIII в. обнаружилось стремленье уничто­жить или, по крайней мгьргъ, ограничить кргьпостничество, оказывавшееся прямо невыгоднымъ и для сельскаго хозяйства, и для государства. Противъ несвободы крестьянина и его земли особенно ратовали фцзюкраты, идеаломъ которыхъ была англш-ская   фермерская   обработка земли.

184. Надъ крестьянской массой возвышался классъ город- Горожане. скихъ жителей, а въ немъ ръзко различались простолюдины и более зажиточные люди, называвпиеся въ Германш бюргерами, во Францш буржуа. Въ то время въ городахъ почти егце не было пролетаргата въ современномъ смысля слова, т.-е. людей, ни­чего не имъющихъ и продающихъ свой трудъ за деньги, потому что промышленность находилась въ рукахъ мелкихъ ремеслен-никовъ (мастеровъ), работавшимъ съ неболыпихъ количествомъ младшихъ товарищей (подмастерьевъ) и учениковъ. Каждый ра-ботннкъ могъ надеяться со временемъ самъ сделаться мастеромъ, хотя въ XVIII в. мастера уже очень затрудняли доступъ къ своему званш, делаясь все строже и строже на экзамене и требуя больше вступныхъ денегъ при получеши звашя. Пред­ставители одного и того же ремесла оставались соединенными въ цехи, наблюдавппе за тЬмъ, чтобы ни одна мастерская не воз­высилась на счетъ другихъ, но въ то же время сильно ствсняв-iuie свободу производства и договоровъ между хозяевами и ра­бочими. Физюкраты вооружились и противъ цеховъ, находя ихъ и невыгодными, и противоречащими свобод* труда и распоряже-шя своею личностью. Въ XVIII в. въ Англш уже подготовлялся переходъ къ крупной промышленности XIX в., и обезземелеше крестьянъ съ исчезновешемъ мелкаго сельскаго хозяйства содей­ствовало образование пролетар1ата. И въ деревняхъ, и въ горо­дахъ среди народной массы въ ХУШ в. вообще господствовала нищета.

ю*

— 148 —

Буржуазия XYIII в., зажиточная и уже довольно просвйщен-ная> занимала среднее положенге между народомъ и привиле­гированными сословгями. Она давно пользовалась вполне лич­ными и имущественными правами и не зависала отъ аристо­краты*, но сравнительно съ последнею была принижена: напр., нередко не могла занимать изв-встнын должности въ церкви и въ армш, въ н'Ькоторыхъ м'Ьстахъ не имйла права покупать дворянсгая земли (въ Полын1! и вообще владеть землями), пла­тила много такихъ налоговъ, отъ которыхъ было освобождено дво­рянство, и т. п. Въ Гермаши бюргерство пользовалось политиче­скими правами лишь въ имперскихъ городахъ, гд^ оно было и господствующимъ классомъ (какъ и въ другихъ* тогдашнихъ рес-публикахъ), но злись отличалось крайне узкимъ кругозоромъ род­ного города; въ Лвстрш же, въ Пруссш и въ разныхъ н'Ьмецкихъ княжествахъ бюргерство было крайне принижено. Лучшимъ поло-жешемъ пользовалась французская буржуаз!я, составлявшая съ народомъ одно „третье сослов1е" и въ немъ игравшая главную роль. Французская буржуаз1я стремилась изъ провинция въ Па-рижъ и мало-по-малу стала задавать тонъ общественному мнгь-нт\ среди нея особенною популярностью пользовались новыя -идеи о свободе и равенстве. Она очень тяготилась вообще при-вилепями и чванствомъ дворянъ и потому настроена была демо­кратически. Въ сущности она стремилась занять въ государстве такое положеше, какое буржуазш уже принадлежало въ Англш. Въ этой стране издавна не было сословныхъ привилегт, т.-е. пе-редъ закономъ вев считались равными. Благодаря этому, англШ-ская буржуаз1я рано стала сливаться въ одинъ правящш классъ съ джентри, т.-е. съ помъттнымъ дворянствомъ, въ составъ ко-тораго попадали и младппе сыновья лордовъ. Впрочемъ, и здЪсь гос­подствовавшая система выборовъ -въ парламента болйе благопр1ят-ствовала землевладельцам^ нежели купцамъ и промышленникамъ.

185. Наверху   общественной  лестницы   стояли дворянство

Прившеш- и духовенство   (въ   католическихъ   странахъ).   Особою надмен- ровавные.    J                                               _.         .         '

ностью дворянство отличалось въ Гермаши, гдъ оно господствовало

' надъ кр-впостнымъ крестьянствомъ и совевмъ отстранило бюрге-ровъ отъ заняия многихъ должностей. Имперское рыцарство въ Германш и шляхта въ Польше были даже полными и безкон-трольными господами надъ крестьянами. Во Франщи знать тоже пользовалась разными привилепями, доставлявшими ей болышя выгоды. Высшее дворянство особенно стремилось къ придворной службе, где могло оказывать вл1яше и на самую власть. Ко­роли, нанося ударъ за   ударомъ   прежней политической незави-

— 149 —

симости аристократ, оставляли въ неприкосновенности ея соцг-альныя привилегш. Придворная служба давала возможность под­держивать въ правительстве наклонность къ такой политике и добиваться новыхъ милостей и денежныхъ выдачъ. Къ дворян­ству во Францш причислялись и члены парламентовъ, т.-е. судьи, влад-ввппе своими должностями на правахъ частной собствен­ности и потому чувствовавппе себя независимее по отношение къ правительству, но вместе съ гЬмъ эта судейская аристо-кратая (noblesse de robe въ отлич1е отъ феодальной noblesse d'epee) ревниво оберегала всв—и свои, и чуж!я—привилегш.

Въ католическихъ странахъ особое cocioBie представляло собою и духовенство. Высппе члены этого сослов1я стояли даже впереди дворянства по своимъ привилеиямъ, земельнымъ богат-ствамъ и доходамъ (десятина); на высшш ы^ста въ церкви попа­дали почти исключительно одни дворяне. Въ XVIII в. во Францш явился типъ свгьтскаго аббата, жившаго въ свое удовольств1е и часто, какъ мнопе думали, плохо вт>ривтаго въ учете церкви. (Этотъ типъ напоминаетъ итальянское духовенство гуманистиче­ской эпохи). Все, что реформащя уничтожила въ протестантскихъ странахъ, удерживалось католическими странами „стараго по­рядка". Католическая реакцъя сдгьлала духовенство крайне фа-натичнымъ. Въ его рукахъ находилось народное образовате и, книжная цензура. Особенною ревностью въ поддержанш нетер-пимаго и властолюбиваго католицизма отличались 1езуиты. Вражда къ католической церкви со стороны „философш XVIII в." и объ­ясняется главнымъ образомъ всеми этими отрицательными сто­ронами тогдашняго духовенства.'

186*. Въ серединт.   XVIII  в.   государи,   которые   до того  иеРем*на времени всячески оберегали неприкосновенность старыхъ отноше-ней политик*. нш,   стали держаться противоположной   политики.   Государ­ство   новаго   времени,   сокрушивъ   политическую   силу  католи­цизма  и  феодализма,   сохранило   за   духовенствомъ   и  дворян-. ствомъ   ихъ   сощальныя привилегш, равно какъ ихъ господство надъ   остальпыми   классами общества,   за духовенствомъ — гос­подство въ культурномъ отношенш,  за дворянствомъ—въ граж-дапскомъ.   Въ   середине   XVIII в. борьба монархическихъ   пра­вительств съ католицизмомъ и феодализмомъ возобновилась, но на этотъ разъ именно уже въ культурномъ и сощальномъ отно-шешяхъ.   Такой поворотъ въ политике былъ дальнъТшшмъ  ша-гомъ въ исторш абсолютной   мопархш,   стремившейся къ безу­словному господству. Въ протестантскихъ странахъ еще рефор­мащя   подчинила   церковь государству,  а въ XVIII в. къ тому

— 150 —

же самому стали стремиться равнымъ образомъ и католичесше государи. Далее, дворянскгя привилегш и помгьщичьи поборы, съ крестьянъ были крайне невыгодны для казны, которая лучше бы пополнялась, если бы и дворяне платили налоги и если бы крестьяне были зажиточнее, не подвергаясь слишкомъ болынимъ побо-рамъ въ пользу пом'бщиковъ. Духовенство защищало свои права ссылками на законъ БожШ; дворянство опиралось на свое истори­ческое право; государству оставалось только оправдывать свои при­тязания принципами естественнаго права, т.-е. ссылками на тог­дашнюю философ1ю, которая въ общемъ была одинаково враж­дебна и католицизму, и феодализму. Эта философ1я учила о ра­венстве веЬхъ людей, о томъ, что государство должно осуществлять общее благо, что выше государства н'Ьтъ на земли никакихъ учре­ждены, что т^мъ не менее оно не должно навязывать поддан-нымъ тт> или друпя в4роватя, что обязанность его просвещать народъ наукой и т. п. Новое представлеше о государстве противо­речило также и остаткамъ прежней феодальной раздробленности, потому что съ рационалистической точки зрешя въ виду того, что государство призвано осуществлять общее благо, все провинцш одного и того же государства должны были быть устроеаы со­вершенно одинаково и управляться одними и теми же законами. Раньше короли вводили централизащю, заботясь лишь о томъ, чтобы местныя власти въ отдельныхъ провинщяхъ были безу­словно подчинены центральному правительству, но оставляя за каждою областью ея прежнее устройство и привилегш. Теперь правительства пошли уже дальше этого и желали привести об­ластную жизнь, такъ сказать, къ одному знаменателю, исходя изъ того чисто отвлеченнаго понимашя государства, которое они находили въ философш естественнаго права. Такъ происходило сближенге между абсолютизмом^ и „просвп>щен1емъи. Съ своей стороны, просветители, ища, кто бы могъ осуществить ихъ идеи, останавливались на монархической власти, какъ на единствен­ной силе, способной это сделать. Такова была именно точка зргьнгя Вольтера и физюкратовъ. Вольтеръ прямо проповедо-валъ союзъ между монархами и философами — главнымъ обра­зомъ противъ властолюб!я и нетерпимости католическаго духо­венства. Онъ говорилъ, что у королей и у философовъ одни и те же враги, и что поэтому нуженъ такой союзъ. Наконецъ, подобно тому, какъ раньше не только общество, но и государи подвергались вл!янш гуманизма, реформащи и католической ре-акщи, такъ и теперь они стали иногда и лично испытывать на себе влiянie просветительной литературы. Прусскш король Фрид-

— 151 —

рихъ II даже самъ былъ философомъ-рацюналистомъ въ релипи и въ политики и написалъ нисколько трактатовъ въ этомъ духи. Екатерина II составила свой Наказъ по сочгтенгямъ Монтескье и Беккарга. Оба они искали личнаго знакомства съ француз­скими писателями и вели съ ними дружескую переписку. Импе-раторъ Госифъ II во время своего путешеств!я во Францно тоже познакомился со многими писателями. Если сами государи оста­вались равнодушными къ новому направленно, то въ духи по-слъущяго часто действовали ихъ министры. Вотъ все это и создало просвещенный абсолютизмъ.

187.     Эпоха просв'Ьщеннаго абсолютизма совпадаетъ съ вЪ-   A*^*11 комъ „короля-философа"   Фридриха II   (1740—1786),   главнаго наго абсо- представителя   этой   системы.   Концонъ   ея   сл'Ьдуетъ   принять   л°тизма- французскую революция (1789). Въ эти полета (17401789)

въ разныхъ государствахъ монархи и министры правили бо­ лее или менее въ^духъ- просвъчцешя. Кром^ Фридриха II и Екатерины II,                    1осифа П. действовали въ это время:

въ Испаши Аранда, министръ Карла III (1759—1788); въ Португалш Лом&алъ, министръ 1осифа - Эммануила (1750— 1777); въ Неаполе Jlamimu, министръ Карла III (царствовав-шаго прежде здесь, потомъ въ Испанш) и его сына Ферди­нанда IY (1759—1825); въ Тоскане Лщюлъдъ (1765—1790), братъ 1осифа П, впоследствш имнераторъ подъ именемъ Лео­польда II (1790—1792); въ Данш Струензе, министръ Хри-стгана YII (176G —1806); въ Швецш Густавъ III (1771 — 1792) и др. (Въ Польше въ это время Отаниславъ-Августъ, царствовавшш отъ 1764 до 1795, тоже стремился къ рефор-мамъ). Когда началась французская револющя, направившаяся противъ самого абсолютизма, отношеше правительствъ къ „про­свещенно" сразу изменилось. Впрочемъ, некоторыя направлешя фи.тософш XVIII в. и раньше не пользовались симпайями госу­дарей. Фридрихъ II даже писалъ противъ „Системы природы" Гольбаха. Менее всего могъ правиться имъ Руссо съ своимъ республиканизмомъ, такъ какъ правительства этой эпохи твердо держались за свою власть во всемъ. ея объеме.

188.     Особаго   вниманш   заслуживаетъ   отношеше   просве- 'J^8*^' щеннаго абсолютизма   къ   д/Ьламъ   релипи и церкви. Главнымъ лютизмъ и лозунюмъ этой политики была веротерпимость, которой требо- каииидизмъ. вала и философм XVIII в.  Въ католическихъ странахъ прихо­ дилось, кроме того, устанавливать новыя отношешя между цер­ ковью   и   государствомъ.   Въ   Испанш,  Португалш, Неаполе и другихъ   итальянскихъ   государствахъ,   где   сильнее всего дей-

— 152 —

ствоЕала съ середины XVI в. релииозная реакщя, правитель-ствамъ пришлось выдержать особенно сильную борьбу съ като­лическою церковью, и, напр., въ Португалш при Шибали въ те­чете десяти л$тъ (1760—1770) были прерваны дипломатиче-сгая сношешя между правительствомъ и папской Kypiefi. Миры Аранды, Помбаля, Тануччи и др. деятелей были болйе или ме-нйе одинаковы: папсшя буллы могли быть обнародываемы лишь съ соглаая светской власти, а прежшя буллы подвергались пересмотру; права церковныхъ судовъ и инквизищи уничтожа­лись или сокращались, и духовенство подчинялось судамъ свйт-скимъ; епископамъ запрещалось налагать церковный наказашя на людей, исполнявшихъ королевскую волю; цензура и народ­ное образоваше отнимались у духовенства; запрещалось расши­рять церковное землевладвше, и сокращалось число монаше-ствующихъ, иногда же прямо упразднялись некоторые монастыри а ихъ земли отбирались въ казну и т. п. Особою рткостью въ боръбп отличался Ломбаль, который прибъталъ въ ней къ тюремнымъ заключешямъ и казнямъ, сдвлавъ изъ инквизищи пря­мое орудде свитской власти. Онъ же и наиболее заботился о развитш въ Португалш свйтскаго образовашя. Въ конце перюда на тотъ же путь выступила и австршская политика при Хосиф'Ь П.

189. Въ одномъ случай политика, направленная противъ ка-

у.ничтоже- трлицизма, получила даже характеръ международнаго соглашешя.

1езуитовъ. Орденъ 1езуитовъ, поставившш своею целью подчинить государей нап$, а всю образованность духовенству, былъ главнымъ орга-номъ католической реакщи, а потому относился одинаково враж­дебно какъ къ „просвещенно", такъ и къ просвещенному абсолю-' тизму. Въ середине XVIII в. учрежденгя ордена были уничто­жены и его имущества конфискованы въ Португалш (при Пом-балй въ 1759 г.), во Франщи (при Шуазёл'Ь въ 1764 г.), въ Испаши (при АрандЬ), въ Неаполе (при Тануччи) и въ Пармй (вей три послйдше случаи въ 1768 г.). Главною причиною та­кой миры было пежелаше 1езуитовъ подчиняться законамъ госу­дарства. Во Франщи они прямо ссылались на свои собственные уставы, и когда французское правительство потребовало у гене­рала ордена (Риччи) изменить кое въ чемъ эти уставы, онъ отвйтилъ знаменитою фразою: „sint ut sunt, aut non sint" (пусть будутъ, какъ есть, или пусть лучше ихъ вовсе не будетъ). Пом-баль даже вошелъ въ соглашеше съ бурбонскими дворами Фран­щи, Испанш, Неаполя и Пармы, и эти правительства потребо­вали   (1768)   у   папы' (Климента   XIII)   полнаго   уничтожешя

i

— 153 —

ордена. Папа былъ защитникомъ 1езуитовъ и не согласился. Тогда послй его смерти пазванныя государства настояли на избранш такого папы, который согласился бы уничтожить орденъ. Этимъ папою былъ Елиментъ XIV, который въ 1773 г. своимъ бреве „Dominus ас Eedemptor" объявилъ орденъ уничтожен- , нымъ. Когда Климента XIV вскоре после этого скончался, въ смерти его стали винить 1езуитовъ. Учреждешя ордена остались существовать лишь во вновь прюбр'Ътенныхъ Фридрихомъ П и Екатериною II провинцшхъ (Силезш и Бйлоруссш), где при помощи 1езуитовъ пруссшй король и русская императрица ду­мали примирить новыхъ своихъ подданыхъ, принадлежавшихъ къ католической церкви, съ подчинешемъ иновЬрнымъ госу-дарямъ. Варочемъ, тайно орденъ продолжалъ существовать и въ другихъ странахъ, пока въ 1814 г. не былъ возстановленъ для борьбы съ вл1яшемъ французской революцш.

190*. Борьба просв'Ьщеннаго абсолютизма съ феодализмомъ Друг>« выразилась въ мгьрахъ къ ограничены или отмгьнгь кргьпостного права, где оно существовало. Кроме того, государи и министры этой эпохи стремились къ улучшетю администрацги и судо­производства, къ приведение въ порядокъ законовъ и финансово, ' къ поднятда народнаго хозяйства и народнаго образовашя, къ смягченно нравовъ и къ усиленш общественной благотворитель­ности (новыя собрашя законовъ, школы, госпитали, воспитатель­ные дома и т. п.). Въ своей экономической политики просве­щенный абсолютизмъ держался началъ меркантилизма, но въ конце перюда уже сказывалось и вл1яше физшкратовъ. Одинъ изъ п'Ьмецкихъ кпязей (Фридрихъ-Карлъ Баденскш) даже про­славился своею приверженностью къ физшкратическому учешю.

П.

191*. Реформы просв'Ьщеннаго абсолютизма почти соваьмъ re^yifj* * не коснулись Германт, кромгь Jlpycciu и Aecmpiu. Раздроблен­ная после тридцатилетней войны на сотни отдъ\льныхъ кня-жествъ, импер1я въ своемъ цЬломъ въ течете полутора в^кобъ не испытывала никакихъ сколько-нибудь крупныхъ перем^нъ, и въ отд'Ьдьпыхъ княжествахъ продолжалъ господствовать абсолю­тизмъ самаго мелочного свойства. Въ середин'Ь XVIII в. въ Гер-маши оживилась только литература. Она приняла въ это время просветительное паправлеше, но более касалась вопросовъ личной нравственности  и воспиташя  отдельной личности,   ч4мъ вопро-

— 154 —

совъ иолитическихъ и сощальныхъ. Въ высшихъ сферахъ эта-литература не пользовалась притомъ ни малпйшимъ вниматежъ. Главный герой своего времени, Фридрихъ II, получивши! въ молодости французское воспиташе, совеЬмъ даже и не зналъ н-Ь-# мецкой литературы и презиралъ ее, хотя уже въ его время дей­ствовали Лессингъ, Гердеръ, Кантъ, Гёте и Шиллеръ. И онъ, и его младшш современнику 1осифъ II, находились подъ вл!я-шемъ идей французскаго просвйщенш. Громадное большинство н'Ьмецкихъ князей имъ\ло слишкомъ ничтожныя владйшя и было слишкомъ б^дно, чтобы предпринимать что-либо крупное. По­этому для Германш новая жизнь началась лишь съ толчка, дан-наго ей французской револющей." Въ Пруссш и Австрш дъмо шло иначе.

192. Въ 1740 г. на прусски престолъ вступилъ Фрид-ФридрихъП.рщя; XI, которому современники дали имя Великаго. Онъ былъ сынъ грубаго и деспотичнаго Фридриха-Вильгельма I и въ дом4 своего отца прошелъ суровую жизненную школу. У кронпринца въ самой ранней юности развилась страсть къ чтешю, а кром4 того на него оказалъ большое вл!яше гувернеръ-французъ, поддерживав-шш въ немъ серьезные умственные интересы. Король-отецъ былъ очень этимъ недоволенъ, постоянно ворчалъ на сына, а временами и билъ его. Ему не нравилось, что „Фрицъ" не обнаруживалъ инте­реса къ урокамъ пастора и къ военнымъ упражнешямъ, увле­каясь, наоборотъ, французскими писателями и свитскими раз-влечешями. Въ 1730 г. кронприяцъ, которому тогда было лишь 18 л^тъ, задумалъ бгьжать за границу, но планъ его былъ от­крыть братомъ одного изъ молодыхъ офицеровъ, которые хотели помочь бътству. Король предалъ Фридриха военному суду, какъ де­зертира, и подъ окнами комнаты, гд^ его держали подъ стра­жей, одинъ изъ его товарищей былъ казненъ. Думали, что та же-судьба постигнетъ и самого кронпринца, да и самъ отецъ поду-мывалъ о томъ, чтобы лишить кронпринца права на престолъ. Кончилось дъмо, однако, тймъ, что Фридрихъ былъ сосланъ въ Кюстринъ, гд^ долженъ былъ въ качествгь простого чиновника учиться дгьлу въ одномъ казенномъ учреждеши. Ознакомившись здъхь съ механизмомъ прусскаго хозяйственнаго управлешя, онъ прошелъ потомъ такую же практическую школу и въ армш. Это обогатило молодого человека знашями и опытомъ, но оставило на его характере очень дурные сл^ды. Кронприяцъ ожесточился и привыкь лицемгьрить и притворяться, стараясь всячески уго­дить отцу. По отцовскому указашю онъ даже женился, но ни­когда пе любилъ своей жены и потому впостбдствш совсймъ не

— 155 —

зналъ семейной жизни. Впрочемъ, побывавши поневоле чинов-никомъ и сделавшись полковымъ командиромъ, Фридрихъ сумелъ оценить и хороппя сторопы строгаго, подчасъ мелочного, но за-ботливаго и бережливаго прусскаго управлешя. Фридрихъ-Виль-гельмъ I въ конце своей жизни уже не безпокоился за судьбу Пруссш.

Еще будучи насл'Ьднымъ принцемъ, Фридрихъ II вступим въ переписку съ Вольтеромг и сталъ посылать ему свои собственныя сочинешя. Онъ былъ не только замечательнымъ правителемъ, но и плодовитымъ писателемъ на французскомъ языке. Фридрихъ II оставилъ после себя немало сочинешй содержашя философскаго, историческаго и политическаго. Его философсгая и политичесшя идеи были проникнуты ращонализмомъ XVIII в. Въ релипи онъ стоялъ за впротерпимость. Онъ говорилъ, что въ его государ­стве каждый можетъ спасаться auf seiner Facon, а что самъ онъ хочетъ быть „нейтральнымъ между Римомъ и Женевой". Одинъ изъ самыхъ раннихъ политическихъ трактатовъ Фридриха II былъ посвященъ опровержение машавеллева „Государя", но на самомъ деле политика прусскаго короля какъ-разъ отличалась величай­шими макгавеллизмомъ. Основою государственной власти былъ и для Фридриха II изначальный договоръ, но вместе съ Гоббзомъ онъ стоялъ на той точки зрЪшя, что договоръ этотъ переноситъ все права народа на правительство. Онъ очень ревниво оберегалъ свой абсолютизмъ, но это не былъ абсолютизмъ Людовика XIV, ска-завшаго: „государство, это—я", или Людовика XV, говорившаго: „после насъ хоть потопъ". Подобно своему отцу и прадеду Фрид­рихъ II былъ проникнутъ чувствомъ долга передъ своей Прус-аей и называлъ себя (и вообще короля) первыми слугою госу­дарства. Отъ своихъ предшествевниковъ Фридрихъ II унаследо-валъ и взглядъ на государственное управлеше, какъ на дело, требующее прежде всего дисциплины и экономги. Въ Пруссш въ его царствоваше было такъ же тяжело жить, какъ и при его отце, потому что король-философъ держалъ все общество подъ опекою своею послушнаго и аккуратнаю чиновничества, и только въ области отвлеченной мысли подданные Фридриха II пользова­лись еще некоторою свободою. Общественная самодеятельность въ его государстве была совсемъ подавлена, и самъ Фридрихъ П въ концЬ жизни говорилъ, что ему „надоело царствовать надъ рабами".

193. Фридрихъ II,   возвеличивппй  свою  монархш   успеш-фпРав^® ными войнами, подобно своему отцу, болъе всею хлопоталъ объ усиленш  и улучшенш армги.   Все матер1альныя силы   страны

— 156 —

приносились въ жертву этой необходимости, и ради этой же не­обходимости король-философъ не осуществлялъ на практике того, что прямо вытекало изъ его же политической теорш. Фридрихъ II былъ действительно слугою государства, потому что страшно много работалъ, во все вникая и вмешиваясь самъ и не им'Ья около себя настоящихъ министровъ, но та его идея, что власть должна прежде всего им^ть въ виду благо всехъ подданныхъ, имъ не осуществля­лась. Фридрихъ II оставилъ неприкосновеннымъ сословный строй Пруссги со всеми привилепями дворянства, со всею принижен­ностью бюргерства, со всею крепостною неволею крестьянъ. Ко­ролю нужны были офицеры для армш, и онъ считалъ способными занимать офицерсгая места однихъ дворянъ, но такъ какъ большого жалованья онъ имъ платить не могъ, то и оставилъ за ними въ полной неприкосновенности ихъ власть надъ крестьянами. Для армш нужны были хлебъ и сукно, и вотъ чтобы иметь по дешевой цене то и другое, Фридрихъ II всячески стеснялъ торговлю этими продуктами и этимъ не давалъ развиваться городскому со­словие. На счетъ дворянъ у Фридриха II были и известные предразсудки: за ними одними онъ признавалъ чувство чести, не­обходимое для заняия офицерскихъ месте, и потому онъ нахо-дилъ нужнымъ поддерживать въ дворянстве сословный духъ, за­прещая, напр., браки между дворянами и недворянами. Темъ не менее онъ все-таки считалъ нужнымъ защищать кре­стьянъ, какъ нлателыциковъ налоговъ, отъ произвола помещи-ковъ. Уже его предшественники освободили крепостныхъ въ ко-ролевскихъ доменахъ, но Фридрихъ II не решался распростра­нить освобождеше и на помещичьихъ крестьянъ. Когда однажды онъ 8адумалъ только улучшить бытъ крестьянъ въ Померанш, тамошнее дворянство заявило, что при новомъ порядке помещи-камъ трудно будетъ поставлять рекрутъ въ армш, и король от-менилъ задуманныя меры. Въ сущности, однако, прусское дво­рянство при Фридрихе II было не столько привилегированнымъ, сколько служилымъ сослов1емъ, чемъ оно отличалось, напр., отъ дворянства французскаго, не знавшаго никакого долга передъ го--сударствомъ.

Въ Пруссш при Фридрихе II сохранились и правительствен­ные пргемы ею отца и вообще немецкаго „полицейскаго госу­дарства". Половина армш набиралась вербовкою. Королевсше вербовщики обыкновенно поили свои жертвы водкою до-пьяна и совали имъ въ руки или въ карманы денежные задатки, а по-томъ набранные такимъ образомъ солдаты за попытку бежать под­вергались   самымъ жестокимъ наказашямъ.   Для увеличешя фи-

— 15.7 —

нансовъ Фридрихъ II развивалъ систему косвенныхъ налоговь и таможенных! пошлинъ, причемъ для прекращешя контрабанды чиновникамъ разрешалось делать обыски въ домахъ и лавкахъ. Чтобы дворяне служили въ армй и не тратили денегъ въ путешесшяхъ, имъ не позволялось "ездить за границу.

194. Улучшешя и реформы были предприняты Фридри- .Реформы хомъ II лишь в7, областяхъ народнаю хозяйства, судопроизвод-ствгь и общественномъ образовати. Въ первомъ отношенш важны были меры по осушенш болотъ, привлечение въ страну коло-нистовъ, улучшеню путей сообщешя, развитш обрабатывающей промышленности въ духи системы Кольбера. Въ области судо­производства Фридрихомъ II сделано было очень много. Особая коммисая (подъ предсЬдательствомъ канцлера Какцеи) должна была пересмотреть и соединить въ одно целое веб прежше прус-сые законы, но переработка эта должна была по мысли Фрид­риха II совершиться въ духгь новыхъ фшософскихъ идей. Ре­зультатами указанной работы былъ сначала „ Фридриховъ кодексъ" улучшавнпй судопроизводство, а потомъ „Общее земское право", опубликованное только при преемнике Фридриха II. Король стоялъ за полную независимость суда отъ администращи и хо-т^лъ, чтобы судьи строго держались закона, не слушаясь ника-кихъ постороннихъ внушешй. Самъ Фридрихъ II подалъ при-м^ръ повиновешя суду въ споре съ однимъ мельникомъ, кото­рый *не хот4лъ снести своей мельницы около королевскаго заго-родиаго дворца Сансуси. Впрочемъ, король действовалъ не всегда такъ. Одинъ разъ ему показалось, что судьи неправильно pi-шили одно дело въ пользу чиновника тоже противъ одного мель-пика, и онъ своею властью отмтшилъ приговоръ, наказавъ при этомъ судей. Во всякомъ случае Прусая получила при Фрид­рихе II образцовый для своего времени судъ. (Пытку король от-м'Ьнилъ тотчасъ же по вступленш на престолъ). Въ области на-роднаго просвещешя Фридрихъ II произвелъ некоторый улучше--шя въ высшемъ и среднемъ образовали. Одчимъ изъ первыхъ его дт>лъ въ начале царствован1я было вернуть на каеедру фи­лософа Вольфа, котораго за вольнодумство изгналъ изъ Прус-сш его отецъ. Между прочимъ, Фридрихъ П реформировалъ ко­ролевскую академда наукъ въ Берлине. Только низшее образо-ваше, вообще бывшее въ пренебреженш у правительств! даже еще въ первой половице XIX в., мало подвинулось впередъ при короле-философе. Теоретически онъ признавалъ, что нетьжество деревенскихъ жителей великое государственное зло, и даже издалъ   указъ   объ   обязательномъ   посещенш   первоначальныхъ

— 158 —

школъ крестьянскими детьми, но на устройство этихъ школъ денегъ не давалъ, а где были школы, туда въ учителя назнача­лись инвалиды въ виде награды за службу и взам'Ьнъ выдачи имъ пенсш.   5

195. Стремлеше къ реформамъ коснулось и Австр1и. Со Правленхе времени католической реакщи и тридцатилетней войны монарх1я Терезш. Габсбурговъ находилась въ полномъ культурномъ упадкгь. Про-тестантизмъ былъ запрещенъ, и когда на службу брали н'Ьмцевъ изъ протестантскихъ частей Германш, то ихъ заставляли делаться католиками. Привозъ книгъ изъ-за границы, т.-е. и изъ нймец-кихъ протестантскихъ земель, былъ тоже страшно затрудненъ, а въ самой стране господствовала строжайшая духовная и светская цензура. Упадокъ Австрш выразился въ победе, какую одер­жала надъ нею Прушя въ начале царствовашя Марш-Терезш, вступившей на престолъ въ одномъ году съ Фридрихомъ II.

Мар1я-Терез1я (1740 — 1780) была ревностная католичка. Она ни за что не хотела допустить веротерпимости въ своихъ владешяхъ и вообще относилась весьма недоброжелательно къ тогдашней философш. Но это была вместе съ t-бмъ женщина умная и энергичная. Она поняла, что ея монарх1я нуждается въ преобразовашяхъ, окружила себя способными и работящими советниками и деятельно занялась необходимыми улучшешями. Ея соправителями были сначала ея мужъ Францъ-Стефанъ Лотарингскгй (какъ императоръ Францъ Н, 1745—1765), по-томъ сынъ 1осифъ II, сделавппйся императоромъ по смерти отца. Въ одной только Венгрш оставлено было ею все по-старому, но въ другихъ земляхъ предприняты были реформы. Для законодательства Мар1я-Терез1я учредила государственный советъ. Бюрократическая централизащя, какъ и въ Пруссш, стала вытеснять сословное самоуправлеше въ отдельныхъ об-ластяхъ. Правосуд1е было отделено отъ администрацш, и пред-• приняты были разныя работы въ области права. При Марш-Те­резш Австр1я получила новые сборники гражданскаго и уголов-наго права („Терез1анскШ кодексъ" и „Терез1анская Немезида"). Были сделаны улучшетя и въ деле народнаго просвещетя. Много заботилась Мар1я-Терез1я также о народномъ хозяйстве и финансахъ. Эти заботы заставили ее обратить внимаше • и на крестьянсгая отношетя. Главными ея меропр1ят1ями въ этомъ отношенш были ограничеше барщины тремя днями въ неделю, учреждете правительственнаго контроля надъ судебного властью помещиковъ, ограждете крестьянскихъ участковъ отъ захватовъ со стороны дворянъ и т. п.

— 159 —

196.    Когда Мар1я-Терез1я умерла после сорокал'Ьтняго цар-  1осифъ п. -ствовашя, ей насл'Ьдовалъ въ Австрш 1осифъ II, царствовавшш

только неполный десять лЬтъ (1780 — 1790). Онъ сделался императоромъ въ Германш и соправителемъ матери въ Австрш двадцати четырехъ лЬтъ отъ роду (1765), когда Фридрихъ II быдъ наверху своей силы и славы. Уже тогда молодой государь былъ горячимъ поклонникомъ системы Фридриха II, но устрой­ство немецкой имперш обрекало его на бездеятельность, а въ Австрш Mapifl-Tepe3ifl не очень охотно слушалась его совЬтовъ. 1осифъ II отличался живымъ характеромъ и любилъ безпокой-ную, деятельную жизнь. Онъ рано усвоим передовых идеи своего вгька, хотя и не сделался, какъ Фридрихъ II, вольнодумцемъ. Горячш сторонникъ веротерпимости, онъ чуть не разссорился со своею матерью, которая и слышать не хотела о введенш въ Австрш свободы некатолическихъ культовъ. Кроме того, 1осифъ II отли­чался настоящею нецавистью къ монашеству, и притомъ у него уже <5ыли передъ глазами примеры того, какъ государственная власть въ Испанш, въ Португалш и въ Неаполе боролась противъ при-вилепй и господства духовенства. Въ крестьянскомъ деле онъ под-держивалъ свою мать, и если въ чемъ упрекалъ ее, то въ не­достаточной решительности: онъ хотелъ прямого уничтожешя крепостничества. Вообще 1осифъ II сильнее, чЬмъ Фридрихъ II, былъ проникнуть реформаторскими идеями „просвещепш" и съ гораздо большею решительностью проводилъ ихъ въ жизнь, когда достигъ власти. Плохо зная исторно разнообразныхъ земель, бывшихъ подъ его скипетромъ, онъ темъ менее считалъ нужнымъ принимать во внимаше ихъ историчесюя права. Онъ воспитался въ духе рационалистической философш XVIII в. съ ея чисто отвлеченной идеей государства. Привилегш отдельныхъ габсбург-скихъ областей казались ему противоречащими общему благу ■его государства. Подобно Фридриху II, онъ ни съ кемъ НС лье-лалъ делиться властью, хотелъ все делать самъ и былъ въ сущ­ности большимъ деспотомъ. Императоръ носился съ широкими планами во внешней политике и въ то же время думалъ пере­делать все внутри своихъ владенш. Стремительность и резкость, съ какою онъ вводилъ свои реформы, сделала изъ него „ре­волюционера на троне".

197.    Въ области сословныхъ отношешй 1осифъ II задумалъ   Реформы

1осифа П. подчинить дворянъ платежу палоговъ, отнялъ у нихъ привилегиро-

ванное положеше передъ судомъ, едвлалъ доступными государ-

ственныя   должности   для   всехъ   сословш" и т. п. Бо.гЬе всего

хотгъм онъ облегчить положете крестьянъ. Рядомъ меръ для от-

— 160 —

дЬльныхъ частей монархш онъ отмтшилъ крепостное состояше крестьянъ, обезпечилъ за ними ихъ земельные наделы, уменыпилъ ихъ повинности въ пользу помътциковъ и т, п. 1осифъ II заботился! и о культурномъ развитги своихъ народовъ, устроилъ нечто въ роде особаго министерства народнаго просвещешя, которому вверилъ. и цензуру книгъ, отнятую у духовенства. Съ осо­бенною резкостью онъ проводилъ свои

 

10