yandex rtb 1
ГоловнаЗворотній зв'язок
yande share
Главная->Історія->Содержание->Глава III. Реформация.

Учебник новой истории

Глава III. Реформация.

I.—Причины недовольства католическою церковью въ концй среднихъ вйковъ (§§ 38—42).—Попытки реформы и предшественники реформацш (§§ 43—46).— Главный направлешя религиозной реформацш XYI в. (§§ 47—52).—Гумапизмъ и ре­формащя (§ 53).—Реформащя и политпчесмя двпжетя XVI в. (§ 54). П.—Международная отношетя реформащонной эпохи (§§ 56—61). III.—ОтдЬиьты страны въ эпоху реформацш:. Герматя (§§ 62—70), Швейцаргя (§71), HpycciH (§ 72), Датя и Швещя (§ 73),' Англ1я (§§ 74—79), Шотланддя (§81), Франщя (§§ 82—83), Нидерланды (§ 84), Польша (§§ 85—88).

I.

38*. Въ XTI в. въ большей части католическшъ страт тен^рефор-Европы происходило сильное релипозное движете, получившее. мацш. назваше реформацш и приведшее къ отторженж отъ католиче­ской церкви цгълой половины этихъ страиъ. СлгЬдств1ями этого от-торжешя были образоваше новыхъ церквей, которыя стали на­зываться протестантскими, и появлеше множества религюзныхъ сектъ* Вообще очень немнопя страны только слегка были затро­нуты движешемъ; въ другихъ католицизмъ отстоялъ себя лишь послй долгой и упорной борьбы; третьи, наоборотъ, съ самаго на­чала безповоротно были потеряны для католической церкви. Въ общемъ за католицизмомъ сохранились больше южныя страны и на­роды романскаго племени, отделились же отъ старой церкви пре­имущественно свверныя страны и народы германскаго происхо-ждешя. Основною причиною этого релииознаго движетя было недовольство католическою церковью, но само это недовольство зависало отъ множества причинъ болйе частнаго свойства. Ихъ можно вообще разделить на два разряда—причинъ мгрскихъ и причинъ религгозныхъ, и каждый разрядъ заслуживаетъ отд'Ьль-наго разсмотр'Ьшя.

39*. Мтрсшя причины недовольства католическою церковью чнпы^едо-" к0Ренились   въ   той   власти,   какую папы   и духовенство npi-вольства   обргъли въ средше вчъка надъ государствомъ и разными классами церковью,  общества. Знаменитая борьба папства и   имперш   была   только частнымъ случаемъ   борьбы   между   церковью и   государствомъ. Императоры, короли,   владетельные   князья и республики   тяго­тились гЬмъ подневольнымъ положешемъ, въ какое ихъ ставилъ

— 25  —

средневековой католицизмъ, учивпйй, что церковь выше государства и что государи суть только подручники папы. Иритязашя папъ па главенство падъ государями, находившими, однако, немало за-щитниковъ въ обществе, и были причиною политическим недоволь­ства, но оно усугублялось еще ймъ, что и духовенство, завися во всемъ отъ своего главы въ Риме, часто не хотело подчиняться на-равпй со всеми законамъ государства. Въ каждой отдельной стране духовенство считалось нервымъ чиномъ, или сослов1емъ государ­ства и стояло выше всЬхъ другихъ классовъ. Его судамъ въ Д'Ьлахъ извФстнаго рода были подсудпы люди вевхъ свгЬтскихь сословш до самыхъ важныхъ и титулованпыхъ дворянъ, а все землевладельцы и земледельцы обязаны были выплачивать ду­ховенству десятинный оброкъ. И то, и другое было неприятно и тяжело людямъ светскихъ состояшй. Дворянство сверхъ того не безъ зависти смотрело на церковное землевладгЬше, такъ какъ иногда треть, иногда чуть не половина вевхъ земель въ стране принадлежала высшему клиру и монастыр'ямъ. Далее, въ городахъ духовные иногда не желали подчиняться постапо-влешямъ местныхъ властей, и это также приводило къ прере-кашямъ и распрямъ. Были, паконецъ, свои основашя для не­довольства и у крестьянъ, очень часто находившихся въ кре­постной зависимости отъ епископовъ и аббатовъ. Все это были причины соцгалънаю недовольства учреждешями католицизма. Кроме указанныхъ причипъ политическая и сощальпаго свой­ства, была еще и причина национальная. Католическая церковь была всемгрнон духовной монарх1ей, пе хотевшей признавать различш между отдельными пародами и внутренней ихъ неза­висимости. Такой порядокъ вещей установился въ то время, когда европейсшя народности окончательно еще не сложились, но въ XIV и XV вв. отдельпыя пащи стали приходить къ само-сознашю: первымъ признакомъ этого было появлеше нацю-нальныхъ литературъ и возведете народныхъ языковъ на сте­пень органовъ общественной мысли. Католическая церковь при­знавала одну латынь и для св. писашя, и для богослужешя, а между темъ рядомъ съ латыпью стали развиваться языки не-мецшй, французсшй, апгайснй, чешсшй, польсшй и т. п. На-щональная оппозищя Риму шла рука объ руку съ оппозищей политической и сощальпон, потому что въ это же время совер­шалось и образоваше пацюпальпыхъ государствъ.

40*. Перечислеппыя причины не имели непосредственнаго Умственная отношешя къ существу религш: де.то шло о чисто светскихъ"J[pа0в3еня интересахъ нащй, сослов1й, государствъ. Уже ближе затрогивалось       щя.

   26 

самое существо релиии, когда причины недовольства церковью вы­текали изъ умственные и нравственных* интересовъ отдельной личности, и когда последняя отстаивала свободу мысли и жизни. Духовенство въ средте вика было единственнымъ образованным! классомъ, и церковь требовала безусловпаго повиновешя своимъ учешямъ даже не прямо богословскаго, а чисто научнаго содер-жатя. Съ этимъ плохо мирились люди новаго образовать, и по­тому большая часть гуманистовъ состояла изъ явпыхъ или скрытыхъ враговъ умственнаго господства духовенства. Они же, проповедуя жизнь сообразно съ природою, вооружились и пропит, аскетического взгляда на нравственность, осуждавшаго, какъ ничто греховное, всб склонности человеческой природы и радости земной жизни. Это была защита человеческой личности во имя ея свободы, т.-е. опять-таки во имя начала чисто свъ"гскаго, а не релипознаго. Невежество и испорченность 'духовнаго со-слов1я давали пищу для сатирическаго осмеявля: стоитъ только припомнить „Декамеронъ" Боккачш, „Гаргантюа" и „Панта­грюэля" Рабле, „Похвалу Глупости" Эразма, „Письма тем-ныхъ людей". Сатирики были только выразителями обществен-наго мибшя, а оно было недовольно духовенствомъ по весьма различнымъ причинамъ, но во всехъ перечисленныхъ случаяхъ чисто светскаго свойства.

41*. Другую "категорио причинъ недовольства составляютъ „Порча т^ въ которыхъ на первомъ плане стояло оскорбленное или неудовлетворенное религиозное чувство. Надъ суевериями и по­роками духовенства можно было издеваться, если они были смешны, но можно было по поводу ихъ и негодовать, разъ ими оскорблялось релипозное чувство; такъ, напр., относился къ со­временному состояние церкви Савонарола. Въ XIV и XY вв. вездт громко говорили о „порчт церкви въ главгь и членахъ", смущавшей верующую совесть. Авиньонсюе папы (1308—1378) вели жизнь развращенную; потомъ около сорока летъ продол­жался великШ расколъ католической церкви, когда двое папъ, авиньонскш и римскш, изобличали другъ друга въ зазорномъ поведенш (1378—1414). По возвращеши въ Римъ папы пре­вратились въ чисто светскихъ государей по образцу другихъ итальянскихъ князей эпохи возрождешя. Когда выбирали на папскш престолъ Энея-Сильв1я Пикколомини (Шя II), говорили, что выбираютъ поэта, и что онъ будетъ управлять церковью не по ея канонамъ, а по правиламъ миоологш. Сикстъ IV (1471 — 1484)велъ войны, участвовалъ въ политическихъ заговорахъ, обога-щалъ своихъ родныхъ (непотовъ, откуда „непотизмъ") на счетъ-

  27 

церкви. На рубежи XV и. XVI вв. на паискомъ престоле си-д'Ьлъ Александръ YI Борд-жга (1492 —1503), сынъ и дочь кото-раго (Цезарь и Лукрещя) прославились своимъ развратомъ и зло-д'Ьяшями. За нимъ вскоре с.ГБдуетъ Юлгй II (1503—1513), „Pontifex Maximus Caesar", папа-воитель, стремивппйся сделаться государемъ всей Италш; когда онъ умеръ, во Францш появился памфлета о томъ, какъ его въ од'Ьяпш военачальника не узналъ ап. Нетръ у дверей рая, и какъ папа хогЬлъ мечемъ проложить туда себъ- дорогу. Накопецъ, папа, при которомъ началась рефор-мащя, былъ Жевъ X Медичи (1513 —1521), гуманиста, учив-пийся у вольнодумцевъ, самъ невтфуюнцй, любитель увеселенш и роскоши, устраивавшш въ своемъ дворце пиры, маскарады и театральныя представлешя. Таковы были „наместники Христа" во второй половин'Ь XV и начали XVI в. А между гвмъ теор1я панской власти еще въ XIV в. договорилась до положешя, что папа—земной Богъ. Папская кур1я сделалась также чисто ком-мерческиыъ учреждешемъ, торгуя всЬмъ отъ епископскихъ мйста до отпущешя грЪховъ. „Порча церкви въ глав'в" распростра­нилась и на  „членовъ", т.-е. на духовенство.

42*. Нравственная развращенность была одною стороною б3ло7поч" порчи, другою было невгьоюество, порождавшее всякгя суевгьргя. Благочестивые обряды и легенды католицизма въ конц'Ь сред-нихъ в-бкобъ иногда напоминали скорее язычество, чт>мъ хритан-ство. Вся релипя нередко сводилась къ одной внешности. Са-мы.ш воптщимъ злоупотреблетемъ релгтей были индулыенцш, въ которыхъ cyeB'bpie народныхъ массъ служило корыстолюбш духовенства. Въ раншя времена христнства отъ кающихся гр'Ьшпиковъ требовали совершешя подвиговъ благочетя, какъ внт>шпяго выражешя ихъ раскаяшя. Позднее на эти подвиги стали смотреть, какъ на замену самого раскаяшя и исправле-гйя, а на уплату денегъ въ церковь, допущенную вм-Ьсто благо-честивыхъ дгбяшй,—какъ на выкупъ гр^хоБъ. Со временъ борьбы Fpnropifl VII съ Геприхомъ IV и иерваго крестоваго похода отпущешя гр'Ьховъ стали раздаваться за учате въ войн'Ь противъ враговъ папы и Христа. Въ XIII в. даже создалась цЬлал схоластическая теория въ защиту индульгенцш. Сущность ея была такова: для спасешя грт,шниковъ церковь обладаетъ сокро­вищницей заслугъ Incyca Христа и святыхъ, изъ которой мо-жетъ раздавать не им4ющимъ своихъ собственныхъ заслугъ. Въ серединт, XIV в. папская булла подтвердила это учете. ЗагЬмъ съ папы Бонифащя IX (около 1400 г.) начался открытый торгъ раз­рушительными грамотами. Грубые и безстыдные торговцы ипдуль-

  28'

генщями расхваливали свой товаръ: „стоитъ лишь деньги за­звенеть въ ящике, какъ душа выпрыгиваетъ изъ ада", говорилъ мопахъ Тецель, торговавшш индульгенщями при Льве X. При такомъ взгляде па грЪхъ и оправдаше, внутреннее раскаяше и нравственное исправлеше казались ненужными, и это возмущало ■ более развитую релипозную совесть.

43*. Порча церкви вызвала стремлете къ ея реформгь. Въ Предше-   КОНц^5 XIV в. объ этой реформе заговорилъ парижски универ-

ственникн ре-                                           с   \   г                  г ^           г              j        г

форшщш. ситетъ, пользовавшшся громадньшъ влшшемъ во всемъ католи-ческомъ Mip'b. Около того же „времени появились и два рефор­матора, Виклифъ и Гусъ, которые въ своемъ протесте противъ порчи церкви пошли дальше докторовъ парижскаго универси­тета. Тогда же (и даже еще раньше) стали развиваться и разныя релииозныя секты. „Предшественники реформацш" были совре­менниками гуманистовъ, но они исходили изъ иныхъ началъ,. нежели эти посл'Ьдте. Одни хотели исправить церковь и очи­стить веру, друпе—возстановить упавшую образованность; одни протестовали противъ тогдашняго состояшя церкви во имя ре-липознато идеала, друпе—во имя интересовъ земной жизни; одни искали опоры въ своемъ релипозномъ настроенш, въ свя-щенномъ писанш, въ старомъ церковномъ преданш, друпе—въ своей личной мысли и въ классической литературе. Но и среди гуманистовъ были предшественники реформацш, и самый круп­ный между ними—Эразмъ Роттердамски, настояпцй родоначаль-никъ протестантской теологш. (Впоследствш говорили, что „Эразмъ снесъ яйцо, а Лютеръ его высид'Ълъ"). Все предше­ственники реформацш могутъ быть раздплены на три кате-горш сообразно тремъ релипознымъ течешямъ, подготовившимъ реформацш и въ ней развившимся. Эти три вида реформы можно назвать реформою соборною, евангелическою и мистическою. 44*. Мысль о соборной реформу церкви въ конце XIV в.

рейюТ* вышла изъ парижскаго университета. Она касалась только устройства церкви и предлагала, во-первыхъ, подчинить пан­ство вселенскому собору, а во-вторыхъ, сделать более незави­симыми нащоиальныя церкви иодъ управлешемъ своихъ мест-ныхъ соборовъ. Это учете, возникшее во Францш („Галлш"), дало начало такъ называемому „ галликанизму". Въ первой поло­вине XV в. для реформы церкви и связапнаго съ этимъ пре­кращена раскола собирались соборы въ Лить (1409), Еопстанщь (1414—1418) и Базелгь (1431 —1449), но, прекративъ расколъ, они не произвели реформы церкви. Не сд/владъ ничего и част­ный соборъ. созванный въ Латеране (1512) передъ самымъ на-

—  29  —

чаломъ реформацш. Въ первой половине XVI в. общественное imiHie настойчиво требовало созыва вселенскаго собора для ре­формы церкви, и таковой состоялся наконецъ въ Тркдентп (1545—15G3), но уже не для ограничешя папской власти, а для ея возстановлетя. Впрочемъ, тридентсюй соборъ уничтожилъ въ церкви наиболее вошющш злоупотреблешя и предпринялъ улуч-nienie нравовъ духовенства. Мысль о нащональномъ соборе была тоже популярна въ XVI в. (напр., въ Польше).

45*.   Евангелическая   реформа   касалась   уже   не   одного Евангеличе-

J      г, ^                               у                                         ская Ре_

устроисдва, но и ученгя церкви.   Соборная   реформа   опиралась    форма.

на церковномъ предаши, евангелическая видела единственное основанге вгьры въ священномъ писанги. Первыми предшествен­никами такой реформации были французойе вальденсы XII и XIII в., почти вей истребленные крестовымъ походомъ въ пер­вой половине XIII в. Къ этому же направлешю принадлежали въ XIVb. Вгислифъ (1320—1384)въАнгл1и и на рубежи XVhXVIbb. Тусъ (1369—1415) въ Чехш. По следователи Гуса раздели­лись па разныя партш, изъ которыхъ одна подъ назвашемъ кал-ликстипцевъ (чашпиковъ) или утраквистовъ (подобоевъ) достигла 3Ha4eHifl нащональной церкви въ Чехш еще въ середине XV в. Мысль о томъ, что въ реформе церкви нужно основываться исключительно на священномъ писаши, была очень распростра­нена въ конце XV и начали XVI в. Напр., еще до Лютера эту мысль высказывали Эразмъ въ Гермаши, Еолетъ въ Англш, Лефевръ д'Этамплъ во Франщи, Симонъ Краковскш въ Польше и др. Къ евангелическому направлен™ и принадлежали въ XVI в. Лютеръ, Цвингли и Кальвинъ, основатели главныхъ протестант-скихъ церквей — лютеранской и реформатской (цвипшанской и кальвинистической).

46*. Ъ1ишическое   направлете  реформацш  выразилось въ Мпс™ческая

*                          vv                                реформа.

ооразоваши разныхъ сектъ какъ въ конце среднихъ въковъ, такъ и въ XVI и XVII столт.т1яхъ. Особенность этого напра-влешя заключалась въ вщт въ новыя откровенгя, кроме св. пи-сашя. Къ числу такихъ религюзпыхъ движетй принадлежала, наприм., въ XIII в. проповпдь „Bwmaw Евангелья". Последо­ватели этого учешя в'Ьрили, что за ветхимъ и новымъ заветами Бога Отца и 1исуса Христа должно последовать новое откро-Benie Св. Духа: это и было „Вечное Евангел1е". Мистики не придавали значешя церкви и ея таинствамъ, какъ это видно нзъ примера флагеллантовъ XIV в., которые каялись въ гре-хахъ другъ другу, подвергая себя взаимному бичевашю. Главное у мистиковъ было во внутреннемъ настроепш единичной   души,

   30 

вступающей въ непосредственное общеше съ Богомъ. Лучше всего такое религиозное настроеше выразилось въ книге бомы Кемптскаго „О подражаши Христу". Мноие сектанты верили въ особое внутреннее откровете, совершающееся въ силу бо­жественная озарешя единичной души Бож!ею благодатью. Среди чешскихъ „гуситовъ" въ первой половине XV в. были и сек­танты съ такимъ направлешемъ. Изъ нихъ такъ называемые николаиты (или адамиты) верили въ наступлеше тысячелъ'т-няго царства 1исуса Христа и святыхъ на земле, т.-е. принад­лежали къ такъ ' называемымъ миллепнар1ямъ или хилгастамъ (отъ лат. и греч. millennium и VdXioi — тысячел'вйе и тысяча). Подобно пропов'Ьдникамъ „Вйчнаго Евангел1я" хил!асты ожидали наступлешя на земле царства Бож!я, уничтожешя сословнаго перавенства и частной собственности и какой бы то ни было духовной власти; учить народъ и отъ имени общины молиться за нее могъ всякш, кто чувствовалъ въ себе пророческш даръ. Въ эпоху реформацш съ этими чертами мы встречаемся въ сектахъ, которыя известны подъ общими назвашями анабапти-стовъ (перекрещенцевъ) въ XVI и индепендентовъ (независи-мыхъ) въ XVII въхв.

47. На различ1яхъ между отдельными видами протестан-Лютеръ. тизма сказались, кроме другихъ условш, и личныя свойства Лютера, Цвингли и Кальвина.

Мартинъ Лютеръ (род. въ 1483 г.) былъ сынъ бйднаго ломщика шифера изъ Тюрингш. Детство его прошло крайне неприглядно, и еще подросткомъ онъ уже думалъ о посту-плеши въ монастырь. Несмотря на свои скудныя средства, отецъ отдалъ его въ школу, въ надежде, что изъ Мартина выйдетъ юристъ. Лютеръ загвнъ учился въ эрфуртскомъ университете, бывшемъ въ то время однимъ изъ центровъ нгЬмецкаго гума­низма, но его не интересовало светское паправлете ренессанса, процветавшее въ Эрфурте, и онъ изучалъ лишь богословсшя науки въ ихъ схоластической форме. Окончивъ курсъ, онъ исполнилъ свое намерете и поступилъ въ монастырь августин-скаго ордена. Въ это время Лютеръ былъ совергаеннымъ во-площетемъ монагиескаго идеала. Папу онъ боготворилъ, по цЬ-лымъ днямъ молился, постился, бичевалъ себя, думая этимъ умилостивить Христа, казавшагося ему не полнымъ любви къ лю-• дямъ Спасителемъ, а грознымъ и карающимъ Суд1ей. Мысль о загробномъ спасенш была главною ею заботою. После путе-шеотня въ Римъ, во время котораго у Лютера было не мало по-водовъ проникнуться негодовашемъ на   распущенность   итальян-

—  31 

скаго духовенства, онъ сделался профессоромъ въ виттенбергскомъ университете, основанномъ саксовскимъ курфюрстомъ Фридрихомъ Мудрымъ. Продолжая жить въ монастыре и совершать свои аскетичесше подвиги, Лютеръ изучалъ Библно, творешя отцовъ церкви и сочинешя н'Ьмецкихъ мистиковъ. Особенно прилежно читалъ онъ послания апостола Павла и творешя блаженнаго Августина, которыя давали ему, какъ онъ думалъ, отв'Ьтъ на мучивнпй его вопросъ о спасенш. Мало-по-малу онъ пришелъ къ убгъокдетю, что человпкъ не можетъ спасти себя никакими добрыми дгьлами и благочестивыми подвигами, но что спасаетъ его единственно вгьра въ Христа, какъ Господа и Спасителя. Это учете объ оправданги одною вгьрою и сделалось основнымъ догматомъ протестантизма. По-прежнему, однако, Лютеръ все оставался „папистомъ" и аскетомъ. Его лекцш и проповеди всегда привлекали къ нему множество слушателей.—Въ 1517 г. около Виттенберга появился продавецъ индульгенщй францисканскШ монахъ Тецель, который торговалъ отпущешемъ грпховъ, какъ агентъ банкирскаго дома Фуггеровъ, взявшаго эту доходную статью на откупъ у папы Льва X. Отпущеше грйховъ за деньги слишкомъ было безнравственно и слигнкомъ расходилось съ уче-шемъ объ оправданш одною вирою, чтобы Лютеръ могъ остаться спокойнымъ. Онъ изложилъ свой взглядъ па покаяше и отпу­щеше гр'вховъ въ 95 тсзисахъ и выв-всилъ ихъ на видномъ Micri, приглашая всякаго, кто съ ним» не согласенъ, спорить объ этомъ, что било въ университетскихъ обычаяхъ того времепи. Спорить съ Лютеромъ никто не сталъ, но его поклонпики рас­пространили тезисы по всей Гермаши, и уже въ печати поднялась полемика, попавшая на хорошо подготовленную почву: въ это время только что подходилъ къ концу рейхлиновскш споръ, и вышли „Письма темныхъ людей". И этоть новый споръ дошелъ до свътгешя Льва X. Папа-гуманистъ хогЬлъ замять nenpiflTnoe ему дъмо и черезъ двухъ кардипаловъ вступалъ въ переговоры съ виттеибергскимъ монахомъ. Лютеръ все еще продолжалъ по­виноваться пап'Ь и даже обращался къ нему съ оправдашями. Между нимъ и однимъ изъ папскихъ уполпомоченпыхъ состоя­лось наконецъ cor.iaraenie: Лютеръ обязался молчать, если замол-чатъ и его противники. Мало-по-малу будушдй реформаторъ сталъ, впрочемъ, сомневаться въ основахъ самой папской власти, и когда въ Лейтшт устроился диспутъ между нимъ и бою-словомъ Эккомъ (1519), въ пылу спора Лютеръ заявилъ, что не признаётъ за папствомъ божественпаго установлешя, что и со­боры   могутъ   погрешать,   и   что вонстаыцсаШ   соборъ   осудплъ

   32   

учете Гуса неправильно, такъ какъ въ немъ много хоронгаго. Единственнымъ непогр'Ьшимымъ для себя авторитетомъ Лютеръ призналъ священное писаше, Это было уже настоящимъ разрывомъ съ римскою церковью. За разрывомъ последовало и нападете на эту церковь въ трехъ полемическихъ сочинешяхъ: „Къ хри-спанскому дворянству немецкой нацш о способахъ улучшить со-стояте xpucTiaucTBa", „О вавилопскомъ плйненш церкви" и яО свободе хрисианииа". Въ этихъ'трехъ неболынихъ произ^ ведетяхъ Лютера какъ бы заключалась программа всей его ре­формы. Полагая, что духовенство само не въ состоянш испра­вить церковь, Лютеръ приглашалъ это сделать императора, кня­зей и дворянство, т.-е. свитскую власть н светское общество. Папская власть надъ Гермашей должна была быть отм'внепа, и каждой общин'Ь надо было дать право выбирать своихъ пастырей съ предоставлешемъ посл'Ьднимъ права вступать въ бракъ. Свя­щеннике къ Богу не ближе м1рянина, и нужно отменить все, что духовенство придумало для властвовашя надъ людьми. Изъ католическихъ' таинствъ Лютеръ оставилъ только два—крещеше и причащеше. Спасаетъ человека только ввра, добрыя же д'Ьла необходимы лишь въ качестве посл'Ьдстмй виры въ Христа и любви къ ближнему. Никто не им'Ьетъ права установить хотя бы единую ioTy надъ совестью хриотанина. Левъ X отв'Ьтилъ на раз-рывъ Лютера съ церковью грозной буллой, но реформаторъ тор­жественно сжегъ ее на костре (1520).

48.                  Проведете лютеранской реформащи въ жизнь началось еГормацГя1 въ Двадцатыхъ годахъ XVI в. Въ это время въ Германш про­ изошли политичесюя смуты и появились сектанты, что заставило Лютера значительно отступить отъ своихъ первоначальныхъ мнй- Hifi и внести въ реформащю некоторый консерватизма Прин- ципомъ Лютера стало не отменять изъ католическихъ учре- ждепш того, что прямо не противортчитъ священному писатю, главною же опорою реформащи от сдгьлалъ княжескую власть. Лютеранство, кром'Ь северной Германш, было принято въ стра- нахъ, лежащихъ вокругъ Балтшскаго моря (въ Даши съ Нор- вепей, въ Швецш съ Финляндией, въ Ливонш и Тевтонскомъ Ордене).

49.   Цвингл1анская реформащя, принятая въ Швейцарш и нб- Цвингли.   которыхъ сосЬднлхъ имперскихъ городахъ Германш, отличалась

характеромъ республиканскимъ и была болгЬе решительною, потому что въ ней отменялось изъ католическихъ установлений все, на что не было прямою подтверждешя въ Еиб.гт.Улърнхъ Цвингли, родивнийся (1484) лишь черезъ полтора месяца посте Лютера

  33 

и тоже сыпъ крестьянина, началъ свою проповедь одновременно съ Лютеромъ и независимо отъ него. Лютеръ получилъ воспи-таше и образоваше совершенно въ духи среднихъ в'Ьковъ; Цвингли. наоборотъ, былъ виднымъ гуманистомъ, поклонникомъ Платона. Лютеру разрывъ съ церковью стоилъ большихъ душевныхъ мукъ, Цвингли разошелся съ нею незаметно для самого себя, и въ немъ вообще было меньше мистицизма.- Проповедовать Цвингли началъ въ 1516 г., а въ 1519 сделался каноникомъ въ Цю­рихе, где сразу получилъ известность. Свое учеше онъ изло-жилъ въ тезисахъ, по которымъ цюрихскш городской сов^тъ устроилъ диспутъ .(1523). Учеше это сводилось къ следующему. Единственный источникъ веры—Евангел1е. Папство, монашество, безбрач!е духовенства, учете о чистилище и т. п. не имеютъ основашя въ священномъ писаши. Духовная власть тоже не имеетъ никакихъ основашй въ ученш Христа, и церковь есть совокупность всехъ лицъ общины, а не одно только духовен­ство. Таинства у Цвингли получали значеше простыхъ благо-честивыхъ обрядовъ. Городской советъ сталъ па сторону Цвингли, н въ Цюрихе было совершено преобразоваше богослужешя, принятое вскоре и некоторыми другими кантонами. И Лютеръ, и Цвингли, оба переводавшге Еиблт на нпмецкш язьисъ, ввели этотъ язьисъ и въ богослужете, но Цвингли пошелъ дальше Лютера въ упрощеши богослужешя, совершенно устраиивъ изъ храмовъ свя-щенпыя изображешя (кроме распяпя) и органы. Лютеръ не одобрялъ многихъ взглядовъ Цвингли, вследств1е чего между ними возго­релся споръ. Главнымъ его предметомъ было различное по-ниманге евхаристии. Хотя Лютеръ и отвергалъ учеше о пресу-ществлеши, но признавалъ, что причащеше есть таинство, въ которомъ действительно присутствуете, самъ Христосъ и чрезъ которое верующему сообщается благодать. Цвингли училъ, на­оборотъ, что причащеше есть только воспоминаше о тайной вечере Спасителя, не имеющее никакого таинственнаго значе-шя. Приверженцы реформацш устроили диспутъ между Люте­ромъ и Цвингли (въ Марбурге въ 1529 г.), где первый дока­зывал^ что слово „есть" въ евангельскомъ тексте, устанавли-вающемъ евхаристпо, нужно понимать буквально, а Цвингли настаивалъ, что въ данномъ случае „есть" стоить вместо „зпа-менуетъ". Соглашешя между ними не состоялось, но Цвингли со слезами умолялъ Лютера о союзе обоихъ исповедашй, при-знающихъ оправдаше посредствомъ веры; Лютеръ не прннялъ, однако, протянутой ему руки и резко отказался отъ союза. Въ немъ было   больше нетерпимости,   унаследованной имъ отъ ка-

НОВАЯ ИСТОР1Я.                                                                                                                                            3

  34 

толицизма; Цвингли былъ мягче и терпимее подъ вл1яшемъ гу-'  нистическаго образовашя. Лютеръ порицалъ ращоиализмъ Цвингли и даже отчаявался въ его спасеши. Впосл'Ьдствш Лютеръ прямо осудилъ разумъ, какъ  „блудницу дьявола".

50.    Новыя   протестантсия   церкви вообще  не   отличались набаптисты.М££,шшоснгш къ   ЧуЖимъ  релипознымъ   убтъоюденгямъ, и между

самими протестантами происходили поэтому р^згая столкновения. Провозглашая свободу совести, реформаторы часто лишь сами хо­тели пользоваться ею, не допуская ея для другихъ. И лютеране, и цвингл1ане одинаково преследовали сектантовъ, появившихся одновременно съ началомъ реформацш и въ Германш, и въ Швейцарш. Эти сектанты стали -называться перекрещенцами {анабаптистами), потому что крестились вторично, признавая педъйствительнымъ крещеше младенцевъ. Главная особенность анабаптизма заключалась въ ожидант царства Христа со свя­тыми на землгь и въ вгьргь во внутреннее откровете, или въ пророчества подъ непосредственнымъ наипемъ Св. Духа. Еъ науке и светскому образовашю они относились враждебно и не одобряли реформаторовъ за то, что, не признавая значетя за добрыми дълами, они „оставляли народъ въ рабстве гръха". Анабаптисты вели суровый и строггй образъ окизни, отка­зываясь отъ удовольствие и развлеченш. Лютеръ, самъ осу­дивший аскетизмъ, какъ ненужный для спасешя, даже думалъ, что въ сектантстве ожилъ духъ прежняго монашества. Самымъ выдающимся анабаптистомъ былъ бома Мюнцеръ (1490—1525), самъ когда-то католически священникъ и магистръ философш. Онъ выступилъ въ роли пророка и политическаго агитатора. Учасие сектантовъ въ смутахъ, которыя начались въ Гер­манш посл^ проповеди Лютера, повлекло за собою сильное гонеше на анабаптизмъ, лишь закалявшее фанатизмъ его при-верженцевъ. Лютеръ еще не решался обвинять сектантовъ въ ереси, но это не мъшало ему требовать ихъ наказашя за богохульство.

51.   Впрочемъ, протестантизмъ временъ   Лютера и Цвингли Кальвинъ. былъ еще терпимъе и болъе носилъ на себе следовъ вл!яшя гу-

мапизма, чЪмъ при третьемъ реформаторе, Кальвине. Лютеран­ская и цвинглганская реформащя возникла въ германскомъ пле­мени и почти пе выходила изъ его пределовъ, а реформацгя кальвинистическая совершилась въ ромаискомъ племени и рас­пространилась среди разныхъ другихъ народовъ. По времени она была много позднее реформацш Лютера и Цвингли.—1оаннъ Кальвинъ былъ по происхождение французъ и на двадцать пять летъ моложе Лютера и Цвингли (онъ родился въ 1509 г.). Че-

—  35   —

ловйкъ сухой и черствый, заслужившш отъ своихъ школьныхъ товарищей кличку Accusativus, опъ получилъ юридическое обра-зовап1е. Если Лютеръ повоспитанш былъ схоластикъ, а Цвингли— гуманиста, то Кальвинъ былъ прежде всего юристъ. На изуче-ши римскаго права съ его точными и ясными формулами и съ его строгою систематичностью опъ выработалъ свою логику, отли­чавшуюся неумолимою последовательностью. Лютеръ и Цвингли многое высказывали въ пылу спора, сами себе нередко противореча или прямо переменяя свои мнешя, а Кальвинъ, нашедгшй уже гото­выми главныя положешя новаго вероучешя, построилъ изъ нихъ стройную систему. Чувствуя себя небезопаснымъ на родине после перехода въ протестантизмъ, онъ переселился въ Женеву, где и прожилъ съ пебольшимъ перерывомъ около двадцати пяти летъ, сделавшись въ этомъ городе какъ бы диктаторомъ. Въ своей ре­форме Кальвинъ продолжалъ дело Цвингли, также давъ осно­ванной имъ церкви республиканское устройство. Онъ началъ свою деятельность съ систематическаго изложешя протестан­тизма, написавъ въ 1536 г. знаменитое „Наставлеше въ хри-стсанской релипи". Кальвинъ припялъ учете Лютера, что че-ловекъ оправдывается передъ Богомъ не своими заслугами, но верою, и что эта вера есть особый даръ милости Бож!ей. И вера, училъ Кальвинъ, не зависитъ отъ самого человека: иначе отъ человека зависело бы его спасете, что было бы только огра-пичешемъ всемогущества Болия. Свободную волю человека отри-цалъ уже Лютеръ (между прочимъ въ полемике съ Эразмомъ, стоявшимъ за свободную волю), но только Кальвинъ сдплалъ послгьдте выводы изъ ученгя о предопредпленги. По его взгляду, Богъ изначала и совершенно независимо отъ будущаго поведе-шя люден одпихъ предопределяетъ къ вечному блаженству, дру-гихъ—къ вечному мученпо. Только одни „избранные" и соста­вляюсь истинную церковь, но такъ какъ при жизни никто не знаетъ, къ чему онъ предопределенъ, то все должны принадле­жать къ видимой церкви и вести себя такъ, какъ требуетъ за-, конъ Бодай, дабы быть достойными благодати Бож!ей въ случае предъизбрашя къ спасенш. Учете Кальвина объ евхаристш тоже стоить въ тесной связи съ догматомъ о предопреде­ление въ таинстве сообщается благодать, по только „избран­ными. Истинные последователи Кальвина все былп внутренне убпждены вь своемъ избранничества я применяли къ себе би-блейапя указашя о народе Бож1емъ, прпзванпомъ истреблять безболшиковъ. (Впрочемъ, эта черта была и у сектантовъ). Отсюда ихъ непреклонная гордость, строгость нравовъ и неумо-

з*

  36 

лимая суровость къ грешникамъ и къ людямъ, не разд'Ьлявшимъ ихъ взглядовъ. При помощи своихъ сторонпиковъ Кальвинъ пре-вратилъ Женеву въ подоб1е монастыря. Реформаторъ осудилъ и сектантовъ, заявивъ, что Богъ разъ на всегда открылъ свою волю въ священномъ писанш, осудилъ и св^тсшй гуманизмъ, при-знавъ, что невежество в'Ьрующаго лучше гордости знающаго. Кальвину удалось (по цюрихскому соглашение) соединить осно­ванную имъ церковь съ цвинипанскою въ одну, которая стала называться реформатской. Въ середине XVI в. онъ занялъ по-ложеше главнаго представителя реформащи („женевскш папа"), и Женева сделалась своего рода „протестантскимъ Римомъ". Сюда стекались изъ разныхъ мт>стъ гонимые за веру, отсюда отправлялись проповедники реформащи въ друия страны. Каль-вииизмъ изъ Швейцарш распространился во Франщи и Гер-манш, въ Англш и Шотландш, въ Голландш, въ Венгрш, въ Польше и Литве.

52. Анабаптизмъ продолжалъ существовать и при Кальвине,

Серветъ. но въ это время въ немъ рядомъ съ мистицизмомъ сталъ про­являться рацюнализмъ, прежде всего направившиеся на хри-стаанскш догматъ троичности Божества. Стали появляться такъ называемые антитринитарт (противотроичники), изъ которыхъ самымъ известнымъ былъ ровесникъ Кальвина, испанецъ Михаилъ Серветъ (1509—1553), жившгй во Франщи врачебной практи­кой. Онъ считалъ себя призваннымъ возстановить первоначаль­ное хриспанствб и толковалъ учете о Св. Троице несогласно съ темъ, какъ оно было изложено на никейскомъ соборе. По этому вопросу, скрываясь подъ чужимъ именемъ, Серветъ, издалъ несколько трактатовъ. Ему очень хотелось убедить Кальвина въ правильности своего понимашя, и онъ вступилъ въ переписку съ женевскимъ реформаторомъ. Последшй донесъ на Сервета католическому епископу города, въ которомъ тотъ жилъ, и даже прислалъ его письма. Серветъ бежалъ изъ Франщи, но по до­роге въ Италпо, где предполагалъ поселиться, остановился въ Же­неве. Здесь его узнали, и надъ нимъ начался процессъ, кото­рый велъ самъ Кальвинъ, уже прямо заговорившш объ ереси. Серветъ ссылался на церковь нервыхъ вековъ, которая только изгоняла еретиковъ, Кальвинъ — на законодательство византш-скихъ императоровъ, предававшее еретиковъ смерти. Дело кон­чилось сожжетемъ Сервета на костре въ Женеве (1553). 53*. Таковы были главныя направлетя реформащи XVI в.,

таанизмъ и Кр^ англиканской церкви, имеющей значеше только въ исто-рш самой Англм.   Мало-по-малу   протестантизма   оттгьснилъ

  37 

па задшй планъ гуманистическое паправленге, которое вскоре стало падать и даже совсЬмъ исчезать. Отношеше самихъ гу-манистовъ къ реформацш было весьма различное. Одни изъ нихъ держались совершенно въ стороне. Эразмъ даже былъ нро-тивъ реформацш и хогЬлъ только, чтобы католическая церковь не принуждала въ вопросахъ, о которыхъ люди могутъ спорить. Рабле находилъ, что кальвинисты „одержимы бвсомъ". Но въ числ'Ь гуманистовъ были и таше, которые посвятили себя д'Ьлу реформацш. Таковъ былъ, напр., Цвингли; кром'Ь него, гума-нпстомъ былъ и Меланхтонъ, главный помощи икъ Лютера. Кальвинизмъ уже прямо не благопр1ятствовалъ гуманизму, и то же можно сказать объ анабаптизме, р^зко отрицавшемъ свит- , скую науку. Релипозное движете XVI в. задало и гуманисти­ческую Италш, въ которой тоже возникли новыя направлепш, но въ еднничныхъ личностяхъ. Посл'Б Марсилю Фичино въ Италш усилилось изучете Платона, и возникли релипозно-фи-лософсшя учетя въ духъ пантеизма. Уже во второй половине XV в. Пико делла-Мирандола, бывшш, между прочимъ, од-нимъ изъ учителей папы Льва X, соедипялъ платонизмъ съ еврей­скою каббалою, и подъ его именно влшшемъ сложилось рели­позное MipocosepijaHie Рейхлина. Въ XVI в. въ Италш было нисколько новоплатониковъ, создававшихъ себ'Ь мистико-пантеи-стичеаая системы, и одинъ изъ нихъ, Джгордано Бруно, былъ сожженъ въ Рим'Б, какъ еретикъ (1600). Съ другой стороны, среди итальянцевъ появилось немало антитринитар1евъ, бъжав-шихъ потомъ отъ преслъдоватй въ Швейцарш и Польшу. Са­мый знаменитый изъ нихъ былъ въ конце XVI в. Фавстъ Социнъ (1539—1604), положивппй начало цвлому паправлешю, которое получило отъ него свое имя (социтанизмъ). Онъ создалъ учете, по которому Богъ сотворилъ человека смертнымъ, но съ безсмертною душою; грйхопадеше Адама лишило человека безсмерт1я за гро-бомъ, и Христосъ былъ посланъ на землю, дабы своею смертью и воскресешемъ возвратить человечеству безсмертсе за гробомъ. На этой системе сказались гуманистичесше споры о безсмертш души, да и вообще весь социтанизмъ отличался рацюнализмомъ. Со­цинъ не признавалъ божественности Incyca Христа и троич­ности Божества. Вторую половину жизни опъ провелъ въ Полынт,, гдъ пршбрълъ много последователен и даже далъ имъ правиль­ное церковпое устройство.

54*. Реформащонное движете не было исключительно   ре- Реформащя

 

6